Необходимо было обратить внимание на пользующуюся все большей популярностью, особенно среди молодежи, интернет-торговлю и предлагать этим интернет-магазинам выставлять продукцию «Пассионис» на своих сайтах. Омер согласился с тем, что этот вид продвижения продукции ранее был ими незаслуженно обойден, и идею стоило в ближайшее время детально проработать.
К тому же цены, особенно при раскрутке моделей, должны были быть конкурентоспособными и привлекательными для женщин со средним или чуть ниже среднего достатком. В первое время, чтобы не отпугнуть покупателей, прибыль от продаж должна была быть минимальной, и даже, не исключено, что в начале процесса нужно готовиться к работе по себестоимости. Чтобы быть замеченными, модели обуви, предлагаемые «Пассионис» должны отличаться от ныне существующих на рынке, необходимо было поддержать престиж их марки, может даже придумать яркий слоган для рекламных роликов, показав насколько привлекательна, изящна женская ножка в их удобной колодке, как интересно использование фурнитуры и какого отличного качества их пошивочный материал при безупречном исполнении. Но это уже была работа Нуран, когда решение будет принято, ей необходимо будет продумать план рекламной акции во всех подробностях, хотя какие-то детали можно было набрасывать уже сейчас.
Штату дизайнеров понадобится хотя бы еще одна единица, талантливый дизайнер со свежим взглядом на обувь такого типа. И как только Синан произнес это, внутренний голос ему подсказал: «Может стоит позвонить Дефне и предложить ей вернуться к дизайну». Омеру эту мысль он пока не озвучил, решив для начала заручиться ее согласием, учитывая разницу во времени, Синан решил не тянуть со звонком и запланировал его на сегодня, на конец рабочего дня.
Набирая номер, он немного волновался, не зная, как она воспримет его звонок после длительного молчания, к тому же у него был новый, неизвестный ей номер телефона, и он опасался, что Дефне может просто не ответить на вызов незнакомца. Она и правда колебалась, но на звонок, тем не менее, ответила, голос Синана узнала сразу, хотя давно его не слышала и обрадовалась другу Омера, как родному человеку.
— Дефне, здравствуй, очень рад слышать твой голос, он совсем не изменился, прежде всего, поздравляю тебе с Днем рождения Мерта, пусть растет здоровым и радует тебя.
— Спасибо, Синан. Твой звонок стал неожиданностью для меня. Ты звонишь просто поговорить или что-то случилось?
— Да, понимаю, вопрос закономерен, молчал столько времени, а теперь вот объявился, хотя мог бы позвонить и раньше.
— Синан, у каждого из нас свои проблемы, да и номер я сменила, если бы ты захотел меня разыскать, не получилось бы.
— Я понимаю. Омер рассказал мне о своей поездке, он очень расстроен, планировал привезти тебя и сына домой.
— Но ты же понимаешь, сделать это с наскока не получится, слишком много времени прошло, я пока не уверена, что хочу возвращаться и не планирую начинать с ним совместную жизнь, особенно после некоторых событий.
— Я в курсе, он мне рассказал. Мне больно, что у вас все так сложилось, вы были бы прекрасной парой. А ты не планируешь приехать в Стамбул повидать родных?
— Но они больше не живут в Стамбуле. А так, на самом деле, я обдумываю поездку в ближайшее время, очень хочу обнять свою семью и познакомить их с сыном. Когда приеду, обязательно позвоню тебе, встретимся, поговорим. Кстати, мне очень жаль, что ваши отношения с Ясемин так печально прервались, я понимаю, в каком состоянии ты находился, очень, очень сочувствую тебе.
— Спасибо. Но на самом деле есть еще одна причина, по которой я звоню тебе. Может быть Омер упоминал, что «Пассионис» планирует выпустить на рынок новую модель туфель на низком каблуке.
— Он упомянул что-то о расширении производства, но в детали не вдавался.
— Ну, на самом деле ‒ это его идея. Пока он был у тебя, я провел кое-какие исследования и понял, что при поддержке мощной рекламной кампании и достаточном финансировании мы можем выйти на рынок с интересными моделями, вопрос только в одном – нужно предложить покупательницам действительно что-то новое, чего они еще не видели на прилавках. И я подумал о тебе, ты же, несмотря на смену рода деятельности, так и осталась дизайнером обуви, может попробуешь порисовать в свободное время.
— Вот со свободным временем у меня в как раз очень большое напряжение, я ведь еще и рисую, мои картины выставлены в галереях, некоторые проданы, и для меня это дополнительный доход.
— Мы также готовы оплачивать твой труд, составим договор, все будет совершенно легально.
— Синан, спасибо за предложение, оно неожиданно, но меня заинтересовало, я подумаю, может даже что-то нарисую и свяжусь с тобой в ближайшее время. Подойдет?
— Конечно, Дефне, спасибо, что не отказала, буду ждать от тебя новостей. Еще раз прими мои поздравления и передавай привет своим друзьям. До связи.
Когда прозвучал звонок Синана, Дефне находилась в своем офисе и рассматривала работы канадского фотографа Майка Харрисона, чтобы составить заключение по предполагаемой выставке его фотографий, показавшихся ей чрезвычайно интересными. Харрисон много путешествовал по родной стране, по миру и фотографировал пейзажи в разных странах на протяжении более десяти лет, он прислал ссылки на книги, календари и журналы, где его работы и статьи были опубликованы. Дефне заметила, что любимые темы автора ‒ это туманные утра в горах и на озерах. Ему удавалось сделать так, что каждая отдельная фотография рассказывала новую историю, где главными героями выступали свет и обстоятельства, они придавали миру на фотографии экстремальный и нереальный вид в разное время года и в разное время суток. Работы Майка Харрисона относились к пейзажной фотографии, одному из самых сложных жанров фотоискусства. Дефне представила, как рано нужно было встать, чтобы выйти навстречу первым лучам солнца, застать туман, окутывающий горы или поля. Сколько мастерства и терпения потребовалось от фотографа, чтобы захватить сущность пейзажа и показать зрителям эти невиданные картины с сюрреалистическим светом. Она сверилась с примерным графиком работы галереи в наступающем году и нашла свободное «окно», рекомендовав пустующие на тот момент два зала для проведения персональной выставки этого талантливого мастера пейзажа. В случае положительного решения, рекомендовала также связаться с Харрисоном и выяснить будут ли предложены им к продаже выставочные экспонаты.
Потом, неизвестно какими извилистыми путями, но ее мысли вдруг потянулись к работам Мари Бернар, скорее всего, экспозиция ее фотографий в Риме уже закончилась, интересно, свяжется ли она с галереей по вопросу выставки своих работ. Неужели она тоже была одной из тех? И если да, то зачем она проявила к ней такое сочувствие? Может, это была уловка для того, чтобы оттолкнуть ее от Омера, в случае, если бы Дефне догадалась об их отношениях. Она разозлилась на себя, опять ее мысли и догадки крутятся вокруг одного и того же. Почему это так сильно задевает ее, он все не по разу объяснил, она все выслушала, так почему она не может себе запретить возвращаться все время к одной теме, почему это так сильно тревожит ее, может быть ее чувства к Омеру глубже, чем она сама готова себе в этом признаться?
Дефне поймала на себе косой взгляд Джона и спохватилась, почувствовав, что занятая своими мыслями жует лепестки розы. Теперь с регулярностью раз в неделю посыльный приносил ей букет, всегда разный, карточки при нем не было, да и надобность в ней отпала, она знала имя отправителя, вдохнув аромат этих великолепных цветов, она вернулась к работе. Выполнив вторую половину данного ей Седой задания, Дефне зашла на сайты интернет – галерей, где были выставлены некоторые ее работы, чтобы посмотреть есть ли на них спрос. К ее большой радости две работы были проданы, но извещения о поступлении денег на ее счет еще не поступило, а сейчас эта сумма, пусть и небольшая, была бы весьма ко времени, потому что на день рождения сына было потрачено больше запланированного. Она не использовала деньги с банковской карты, оставленной Омером, частично из-за какого-то упрямства, смешанного с обидой, частично потому, что решила использовать их только в случае крайней необходимости, а таковая еще не наступила.