По дороге домой Мерт заснул в своем детском креслице, его подруга, сидевшая рядом, заботливо укрыла его пледом, рядом с ней на сиденье лежали две большие коробки с пазлами. Седа позвонила Омеру предупредить, что они заедут забрать Лару, но девочка, поняв о чем идет разговор, отрицательно замотала головой и попросила у Омера остаться переночевать с Мертом, а Синан, в свою очередь, попросил напомнить Седе, что заедет завтра за ней к десяти часам утра, как договаривались.
Омер занес спящего сына на руках и раздел его уже в кровати. Он чувствовал себя виноватым за то, что полностью нарушил режим своего малыша: не было ни дневного сна, ни ужина. ни вечерней ванны, очевидно, так поступают только безответственные отцы, которые видят ребенка раз в год. Лара отказалась от ужина, но съела предложенные Омером и, по счастью, оказавшиеся в холодильнике фрукты, укладывалась спать сама и перед сном спустилась в пижаме пожелать спокойной ночи Омеру и Синану, перед которым остановилась в нерешительности, спросив о его планах на завтра. Он ответил, что с утра заедет за ее мамой, которая собиралась продолжить осмотр памятников Стамбула, пообедают где-нибудь в городе и во второй половине дня либо продолжат осмотр, либо придумают что-то другое. Выслушав не перебивая, Лара сказала, что хотела бы поехать с ними, и Синан понял, что у девочки в голове созрел какой-то план, но уточнять не стал и согласился за ней заехать, предупредив, чтобы она была готова к девяти утра.
Проводив ее взглядом, Омер удивленно повернулся к Синану.
— Я смотрю, ты над малышкой шефство взял?
Синан кивнул и, помолчав, ответил:
— Удивительная девочка, взрослая и рассудительная не по годам. Слишком серьезная, на мой взгляд.
— Очень похожа на мать и внешне, и поведением, такая же независимая.
Уловив в голосе Омера интонации осуждения, он возразил как-то слишком горячо, словно спеша защитить ее, во взрослом человеке, давно мечтающем о детях, но не имеющих их, эта восьмилетняя девочка вызывала щемящее чувство нежности и желание оградить ее от бед, как, если бы она была его родным ребенком.
— Думаю, девочка много времени проводит одна, мать работает, поэтому она быстро повзрослела. Ты заметил, как Лара опекает Мерта, все время держит его в поле зрения, когда он два раза чуть не упал, она среагировала быстрее тебя.
— Да, настоящая дочь Седы, мать опекает Дефне, дочь ‒ сына, они дома часто вместе играют, это она научила его кататься на роликах. Ты прав, Лара ведет себя не по-детски взросло, так и хочется ее растормошить. Может, это такой характер?
Синан ничего не ответил и перевел разговор на Мерта:
— Твой сын просто бесподобен. Не знаю, как Дефне с ним управляется.
Омер встал сделать себе кофе и, не поворачиваясь ответил:
— На самом деле и она, и Айшегюль ведут себя с ним гораздо строже. У меня так не получается, когда он смотрит на меня своими черными глазками и вот так хлопает ресницами, я заранее на все готов.
Он повернулся к Синану и нежная улыбка осветила его лицо, Синан покачал головой:
— Тогда я должен сказать тебе, друг, что ты не готов стать отцом, если ты будешь так вести себя с маленьким мальчиком, он сядет тебе на голову. Мне кажется, по правилам семьи ты должен быть строже матери, а он из тебя веревки вьет.
Его друг вздохнул, отпил из чашки, видимо, собираясь с мыслями, потому что после паузы вдруг быстро проговорил:
— Да, я понимаю. Но одно дело, когда ребенок с рождения живет с тобой под одной крышей и другое, когда ты случайно узнаешь о его существовании и можешь видеться с ним крайне редко. Если я буду строг, вдруг он не захочет в следующий раз придти ко мне.
Синан в удивлении развел руками: — Омер, ты послушай себя. Ты что же собираешься его подкупать, прощая ему все шалости? Так далеко можно зайти. Он ребенок, и ты должен очертить ему границы дозволенного, думаю тебя самого так воспитывали.
— Да, моя мама в это плане было категорична. Были правила, которые я не мог нарушать ни при каких обстоятельствах. А кстати, почему ты вдруг решил завтрашний день посвятить подруге Дефне? Планируешь мне помочь и будешь перетягивать ее на нашу сторону?
Усмехнувшись, его друг возразил: — Ты меня, конечно, извини, но о тебе я вообще не думал. Она мне понравилась, я решил познакомиться с ней поближе. Они ведь скоро уедут, а мне хотелось бы приятно провести время с красивой женщиной, не могу же я постоянно смотреть на твою кислую физиономию. Да и Лара мне очень симпатична, обычно дети тянут на себя все внимание, а она не такая, тихая, серьезная, себя может занять и никого не напрягает, вопросы задает умные, по делу. Очень смышленая, не понимаю, как ее отец мог бросить этих двух красавиц, особенно малышку.
Омер был удивлен горячностью друга.
— Хотел бы иметь такую дочь?
— А ты бы не хотел?
— Если бы она была родной сестрой Мерта ‒ да. — не задумываясь ответил он.
Они оба замолчали, потом Синан, сославшись на позднее время, уехал к себе, но по дороге и перед тем, как заснуть, он думал о матери с дочерью и пришел к выводу, что если бы они не жили так далеко, он бы всерьез задумался об ухаживании за этой женщиной.
В воскресенье Омер был рано разбужен звуками, доносившимися из кухни, он удивленно заглянул туда и увидел Лару, собравшуюся делать омлет. На вопрос Омера она ответила, что просто захотела есть и решила его не будить, но волноваться не стоит, потому что управляться с плитой она умеет и омлет себе готовила уже не раз. Он постоял какое-то время, наблюдая за девочкой и готовый помочь ей в случае необходимости, но она, действительно, очень ловко и быстро со всем управилась сама; удивляясь ее ранней самостоятельности, Омер поднялся наверх проверить Мерта, тот еще крепко спал, однако учитывая, что вчера он заснул не ужиная, была вероятность, что проснется сын раньше обычного и голодный, поэтому отец решил спуститься вниз и заранее испечь ему блинчики, которые, как он знал, Мерт очень любил. Пока он был занят на кухне, Лара, позавтракав, поднялась наверх, и вскоре Омер услышал топот детских ног и голос Лары, которая уговаривала Мерта пройти в ванную и принять душ. Он поспешил наверх, его сын в пижаме уже сидел на велосипеде и категорически отказывался идти куда-либо, умиляясь в душе, но сделав строгое лицо, Омер взял сына за руку и без слов отвел в душ, затем помог ему одеться, и они спустились вниз на кухню завтракать. Вскоре за Ларой приехал за Синан, услышав его голос, она быстро спустилась вниз, уже одетая, с двумя коробками пазлов.
Омер оставался с сыном и собирался провести с ним целый день дома, наслаждаясь его близостью и общением с ним без посторонних людей. После завтрака он вывел малыша погулять на детскую площадку, потом Мерт захотел кататься на роликах, и Омер поднялся за ними в детскую комнату, а когда вернулся ‒ сына не было, в панике он бросился в дом, думая, что малыш зашел туда следом за ним, потом выбежал за ворота и увидел его, гладящего какого-то бездомного пса. Стараясь не напугать ни сына, ни собаку, которая могла бы отреагировать на крик, он подошел и, взяв Мерта за руку, завел за ворота дома, закрыв их за собой и строго запретив ему выходить куда-либо одному, потому что в большом незнакомом городе это было очень опасно. Проведя первую половину дня во дворе, они спокойно пообедали, и Омер уложил сына спать.
За это время, используя возможности интернета, он просмотрел все места, которые большой город мог предложить для развлечения детей, и выбрал Стамбульский аквариум, в котором сам был давно, когда он только открылся, и сохранил об этом посещении очень смутные, но приятные воспоминания. Конечно, обойти за один раз с трехлетним ребенком это двухэтажное здание, где рыбы и другие морские и наземные животные жили более чем в шестидесяти резервуарах было просто невозможно, но теперь он знал способности Мерта и подумал, что это им по силам. Жаль, что, они уже не попадали на время кормежки рыб, но туда всегда можно было вернуться, если понравиться. Он подумал, что было бы неплохо, если бы Дефне составила им компанию, но, поразмыслив, решил, что она может неправильно истолковать приглашение, приняв его за попытку избавиться от сына, и увидит за этим неумение, или, того хуже, нежелание с ним общаться. Как Омер и предполагал, им удалось за три часа обойти весь аквариум, Мерт впервые видел рыб и других обитателей моря и суши так близко, отделенных от него просто стеклом, хоть и сверхпрочным. Его особенно впечатлили проплывающие над головами акулы и черепахи, а когда они дошли до небольшого аквариума, где детям под присмотром сотрудников разрешалось потрогать безопасных обитателей морей, оттащить его было практически невозможно, и если некоторые дети не решались трогать черепашек или морских звезд, вполне безопасных на вид, то Мерт с восторгом рассматривал их, поднося близко к лицу и осторожно поглаживая пальцами. Омеру казалось, что его сын отличается от других детей, он был активнее, подвижнее и смелее многих из них, на него было приятно смотреть, конечно, он допускал, что все родители думают также о своих детях и, наверное, со стороны это кажется смешным, но ничего не мог с собой поделать, его распирала гордость. Аквариум закрывался в восемь вечера, и они покинули его одними из последних, именно в это время Дефне и позвонила, чтобы узнать, в котором часу он вернет Мерта. Омеру не хотелось расставаться с сыном и возвращаться в пустой дом, где он будет сидеть один, вспоминая детский смех и топот его быстрых ножек.