– Это была просто шалость.
– Просто шалость! Может быть, ты и торговлю наркотиками или проституцию называешь шалостью, откуда мне знать?
Дэниел не выдержал. Он сделал всего один шаг и схватил Джоанну за плечи.
– Успокоишься ты сегодня или нет?
– Может быть, ты еще и ударишь меня? – язвительно поинтересовалась она.
– Если это потребуется, чтобы привести тебя в чувство, – да, – спокойно сказал Дэниел. И в подтверждение своих слов встряхнул Джоанну, как нашкодившего щенка.
– Я теперь понимаю, почему ты не можешь долго встречаться с одной женщиной! – заявила Джоанна. Она чувствовала, что надо остановиться, но уже не могла. – Теперь понятно, почему твои подружки так быстро от тебя убегают. Им не слишком нравится, когда ты приводишь их в чувство?
Дэниел сильно сжал ее плечи, и Джоанна с трудом сдержала вскрик.
– Я ни разу в жизни не ударил женщину, – очень тихим голосом сказал Дэниел. Он отпустил плечи Джоанны и сделал шаг назад. – Зато теперь я понял, почему у тебя нет парня. Ни один мужчина не захочет жить с такой истеричкой, как ты.
Джоанна резко вскинула руку и лишь в последний момент разжала кулак. Звонкая оплеуха странно прозвучала на пляже.
– Ах так? – сказал Дэниел, и глаза его нехорошо блеснули.
Джоанна испугалась. Кажется, она зашла слишком далеко. И чем только она думала? Ведь они на острове одни, совсем одни. Если даже она будет кричать, не крабы же ей на помощь придут! Джоанна сделала испуганный шажок назад.
– Я знаю еще одно отличное средство от женских истерик, – сказал Дэниел.
Как он оказался рядом, Джоанна так и не поняла. Но уже через мгновение сильные руки Дэниела прижали ее руки к туловищу, а его губы впились в ее дрожащие то ли от страха, то ли от страсти губы.
Джоанна пыталась сопротивляться, вырываться, но бороться с Дэниелом она не могла. Еще сложнее было бороться с желанием ответить на этот поцелуй, вырванный силой.
Тепло медленно заполняло низ ее живота. Он тяжелел и наливался желанием, как спелый плод соком. Но Джоанна боролась с собой. Нельзя, ни в коем случае нельзя поддаваться этому соблазну!
– Я понял, есть еще одна причина тому, что у тебя нет парня, – усмехнулся Дэниел. Он отпустил руки Джоанны и чуть отодвинулся от нее. – Судя по всему, ты фригидна.
Это было уже оскорбление высшей пробы. Джоанна, опять не дав труд себе подумать, бросилась на Дэниела с кулаками. Но добилась лишь того, что оказалась лежащей навзничь на теплом песке. Дэниел нависал над ней, подавляя своей мощью и силой. Он держал руки Джоанны плотно прижатыми к земле. В падении Дэниел успел изогнуться так, чтобы его нога оказалась между ног Джоанны.
Он ухмыльнулся, когда Джоанна дернулась, пытаясь вырваться, но в ее движении была скорее обреченность.
– Если ты сейчас это сделаешь, я тебя возненавижу, – заявила она.
– А если ты сама меня попросишь? – поинтересовался Дэниел.
Джоанна фыркнула и еще раз попыталась вырваться. На этот раз она действовала ногами, но Дэниел ловко ушел от ее удара. Чтобы обезопасить себя, он лег на Джоанну и прижал ее ноги своими ногами. Джоанна еще немного подергалась и затихла.
– Я сделаю так, что ты будешь умолять меня об этом, – пообещал Дэниел. – Ты ведь и сейчас этого хочешь.
– Нет! – пискнула Джоанна, но он не стал ее слушать.
Губы Дэниела вновь были у ее губ. Но этот поцелуй не был грубым. Это было ласковое прикосновение, чуть заметное касание. Дэниел провел языком по дрожащим губам Джоанны и вновь прикоснулся к ним губами. Да, он был уверен, это не дрожь страха, это дрожь желания.
Его поцелуи становились все неистовее. Под этим страстным напором тело Джоанны отказалось повиноваться ей. Она застонала и открыла губы навстречу его поцелую. Теплый язык скользнул ей в рот, и Джоанна ответила на поцелуй.
Дэниел освободил одну руку и чуть сместился в сторону, чтобы расстегнуть верхние пуговицы рубашки Джоанны. Через несколько секунд он уже ласкал ее грудь, так уютно помещавшуюся в ладони. Пальцы Дэниела нежно прикасались к розовому бутону соска, то поглаживая его, то осторожно сжимая.
Пальцы свободной руки Джоанна запустила в волосы Дэниела и прижала его голову к себе.
Дэниел легко освободился, отпустил вторую руку Джоанны. Он покрывал поцелуями ее лицо, ее шею, нежно, словно крылья бабочки, прикасался к коже, и Джоанне казалось, что она горит в огне этих поцелуев. Но вот губы Дэниела добрались до волшебного холмика ее груди.
Джоанне казалось, что она умирает. Никогда и не с кем они не испытывала ничего подобного. Это была самая настоящая страсть. Она что-то бормотала, то ли уговаривая Дэниела не останавливаться, то ли, наоборот, повинуясь давней привычке, просила остановиться, но Дэниел не обращал на ее слова никакого внимания.
Он уже спустился к ее бедрам и целовал шелковую кожу внизу живота. Джоанна, забыв саму себя, забыв сегодняшний скандал и давно укоренившуюся нелюбовь к Дэниелу, подалась ему навстречу, широко раскрывая бедра.
– О нет, еще не время, – пробормотал Дэниел.
Он прикоснулся губами к выгоревшим на солнце трусикам Джоанны как раз там, где был окаменевший от желания бугорок. Через шелковую ткань Дэниел ласкал его, заставляя Джоанну стонать от страсти и извиваться на песке.
Прибой уже касался их ног, будто пытался остудить два разгоряченных тела, но его совершенно не замечали. Джоанна с неистовством отдавалась новым ощущениям. Ей хотелось, чтобы эта сладкая пытка продолжалась вечно, и так же сильно хотелось, чтобы все закончилось.
Дэниел осторожно стащил с нее трусики, и Джоанна, которой показалось, что она сейчас сойдет с ума от желания, потребовала:
– Возьми меня!
Дэниел поднял голову и посмотрел ей в глаза.
– Ты просишь?
Вместо ответа Джоанна села и протянула руку к его джинсам. Дрожащими пальцами она с трудом справилась с «молнией» и стащила джинсы и трусы с узких бедер Дэниела.
Она снова откинулась на спину и, призывно глядя на Дэниела, развела бедра.
Дэниел оперся ладонями на песок у ее головы и еще раз спросил:
– Так ты просишь?
– Возьми меня, пожалуйста… – пробормотала Джоанна и подалась навстречу ему.
Медленно, словно пытаясь прочувствовать каждое мгновение, Дэниел вошел в нее. Джоанна замерла, привыкая к нему, а потом медленно задвигалась, задавая темп. Но с каждой секундой ее движения все ускорялись и ускорялись. Он пытался сдерживаться, чтобы увидеть, как расширятся ее зрачки в момент оргазма, чтобы почувствовать, как спазмы будут сотрясать ее тело, но сил уже не было.
Дэниел и Джоанна слились в одно целое и уже не замечали ничего вокруг. Море с каждой волной подкатывалось все ближе и ближе. Оно обнимало слившиеся в едином движении бедра и обостряло их ощущения до предела.
Джоанна задыхалась то ли от страсти, то ли от бешеного темпа, а может быть, от тяжести тела Дэниела. Жесткие бинты царапали ее кожу, задевали соски, распаляя ее еще сильнее. Наконец настал момент, когда Джоанна поняла, что больше не может балансировать на краю. Она закричала, выгнулась дугой и сразу же обмякла под сильным телом Дэниела. Лишь на секунду позже она почувствовала, как сокращаются мышцы Дэниела, как дрожит его тело, словно в новом приступе лихорадки. Джоанна крепко обняла его за плечи и прижалась, словно боялась разрушить новую связь.
Несколько минут Дэниел ничего не говорил и не шевелился. Наконец он поднял голову и посмотрел Джоанне в глаза.
Солнце уже давно зашло, и свет полной луны делал ее взгляд еще более загадочным и притягательным, чем при свете дня.
– Я не… – начал он, но Джоанна прикоснулась пальцем к его губам и улыбнулась.
– Как твои ребра? – участливо спросила она.
– Нормально.
– Остальное обсудим утром, – решительно сказала Джоанна и поцеловала его.