Нельзя.
Ее маленькую. Нельзя.
Если только она сама не позволит. Не примет меня. Не убежит и не испугается. Девочка, ну дай мне хоть один знак. Прошу. Она такая сейчас уязвимая, хрупкая, нежная. Как бабочка — если спугну, упорхнет, и мне ее не увидеть больше.
— Маленькая, смотри, — шепчу ей прямо в губы, — я не трону, если хочешь уйти, я отпущу.
Она выдохнула мне прямо в губы. Сладкая, как же ты меня, девочка, заводишь.
— Прошу, останься.
Еле дотронулся краем губ до ее верхней губы, не давя. Пусть сейчас выбор за тобой. Я могу получить свое, но не с ней, не силой. Малышка, если ответишь, я буду самым счастливым. И… Б…ть, она ответила. Ответила на мой поцелуй.
Так несмело, нежно, трепетно. Слегка протянула ко мне свои губки и тоже поцеловала в ответ. От этого у меня по венам ток, всего затрясло от этой близости с ней.
Медленно провел рукой по ее шее и запустил руку под лямку ее платья. Не верил, что она подчинилась, смотрел ей в глаза. Так бы и содрал это блядское платье с нее. Но нет, я буду смаковать малышку. Она — мой чистый кайф.
Она распахнула глаза еще шире и смотрела, замерев. Не разрывал зрительный контакт, любовался: ее грудь от возбуждения ходила ходуном, кожа от моих прикосновений покрылась мурашками. Поддел лямки платья, и оно медленно сползло на пол. Малышка ахнула от неожиданности и чуть прикрыла глаза, а ресницы задрожали на лице как мотыльки на пламя.
Так, детка, мы почти уровняли наши шансы. Впился в ее губы, не в силах сдерживать напор. Не могу, не хочу! Мне, б...ть, нужно срочно в нее! Углубил поцелуй, она не успевала за моим напором, металась, но нет, девочка, ты дала добро! Теперь будем играть по моим правилам, ты моя! Вся моя!
Это моя игра, и я буду задавать здесь правила. Пусть у нее и есть власть надо мной, но она об этом никогда не узнает. Как же ох…но!
Разорвал поцелуй, а малышка воздух ртом начала хватать. Милая, я только начал, ты моя! Я уже тебя не отпущу. Взял ее за шею и начал целовать, ох! Какая же она вкусная! Этот нежный цветочный аромат ее кожи меня пьянил, бл…ь, как тут пьяным не будешь. Я выпью тебя, крошка, всю!
— Ах! — простонала маленькая.
Да, девочка, да! Тысячу раз да! Схватил ее за попку и подсадил на себя, она несмело приобняла мои плечи. Да, девочка, потрогай меня. Она, будто понимая мои желания, провела ладошкой по груди, перемещая руку к шее, и обхватила меня крепко.
Резким движением переместил нас к кровати. Опустил ее на спину, а сам навис над ней. Она смотрела взволнованно и с доверием, словно искала защиты и ласки. Б…ть, торможу. Понимал, что совсем напирать нельзя, пусть привыкнет к моему темпераменту. Нежно ласкал ее грудь, прихватывал сосок, а тот под моими руками становился как горошинка.
— Ох, Тимуур! — простонала девочка и выгнулась мне навстречу.
Взял один сосок в рот, слегка прикусил, играясь, да… Детка, привыкай к нашим игрищам… Б…ть, мне ее уже мало, а я еще не начал процесс. Медленно провел от груди к животу.
Нет, я ее не отдам! Она моя! Моя добыча!
Поцеловал ее живот и почувствовал, как ее тело завибрировало от моих прикосновений. Девочка такая податливая, ну как тут, б...ть, медлить-то. Член уже колом стоял, аж в живот упирался, до одури ее хотел. Ничего не соображал, в голове каша, мозги плавились от удовольствия.
В голове то и дело всплывал тот сон, но нет, в живую это в миллион раз круче. Перед глазами все время вставали развратные картины, в каких позах я хочу поиметь девочку.
Ее тело как струна, а я нажимал на точки, и оно издавало вибрацию…
Да, девочка, ты такая отзывчивая. Моя!
Звериные инстинкты били по шарам, я дурел от своей добычи! Никому! Только мне!
Спустился ниже, резким движением снял с нее трусики, они нам точно не пригодятся, ну разве что потом для наших игрищ. Б...ть, девочка, я приучу ко всем моим любимым играм, но не сегодня. Да, я люблю жесткий секс, звериный, дерзкий, но с ней… не могу, хотелось ее ласкать, играться с телом, изучать ее. Доставлять ей удовольствие.
Прикрыл глаза и понял, что все, точка возврата уже потеряна. Я с ней, я в ней. Попроси у меня печень вырвать — я вырву. Я, б…ть, попался на ее крючок и уже никуда не рыпнусь, пойду хоть в огонь, хоть на плаху… Поплыл, бля…