Любимый!
***
Вечером приехала с работы и начала собирать на стол, позвонила Тимуру:
— Тим, привет, ты далеко?
— Скоро буду, моя Жасмин, — проговорил так игриво и загадочно, точно что-то замыслил.
Ладно, посмотрим на этого Чеширского котяру.
У меня теперь появился ритуал прихорашиваться перед его приходом, мне хочется выглядеть всегда на все сто перед ним, ведь он такими глазами на меня смотрит, как будто видит на что-то божественное. Ну как тут не будешь соответствовать, тем более я чувствовала, что у него игривое настроение — как не пошалить?
Я собрала на стол и услышала, как дверной замок открылся, а в прихожей появляется он… с большим букетом пионов, о боги!
— Привет, это тебе, — прошел и страстно поцеловал. — Ну что, хозяюшка, кормить будешь мужа? — подмигивая, смотрел на меня.
Что? Как он себя назвал? Муж? Что?
Я всегда боялась этих разговоров про мужей, свадьбу и все, что с этим связано. Нет, конечно, я хотела выйти замуж, но это для меня всегда было так далеко, как несбыточная мечта, так что я решила жить, как есть. Ничего не ждать. И уж тем более от него.
Я принимала его таким, каким он был, мой грозный зверь… Наверное, он просто ошибся или опять это его ролевые игры.
Вечером я обычно рассказывала все, что у меня произошло за день, он, к слову, все слушал, задавал вопросы, как будто ему до всех моих занятий есть дело. От наших разговоров меня отвлек телефонный звонок. Странно, номер мне не знакомый, обычно после рабочего дня клиенты не звонят. Беру трубку:
— Добрый вечер, Дания, это Владимир Николаевич Виноградов, помните? Очень нужна ваша консультация. Тут дело такое, может, сможете подъехать ко мне в офис сейчас?
— Добрый вечер, Владимир Николаевич, если вопрос не срочный, то подъезжайте к нам в офис завтра? Я уже дома. Нет, мне не удобно. Да, спасибо. Хорошего вечера.
— Кто это звонил?
— Клиент.
— А почему вечером? Опять мужик? Б…ть, мне что, всех уже перестрелять надо? — я увидела, как он уже завелся.
Что ж, проучим мы ревнивца.
— Ну зачем же, я ведь повода не давала. Да и тебя никогда ни о чем не спрашиваю. Не стоит по себе людей судить, — хитро улыбнулась я.
Все, увидела как он завелся, ноздри раздул, весь негодовал. А я ему улыбалась в ответ, пусть помучается, зверюга. Смотрела краем глаза, как он ходил туда-сюда, но уже успокаивался. Ха, зверюга, ты хорошо поддаешься дрессировке.
— Знаешь, а я бы сегодня выпил, ты не против?
Я немного насторожилась от этого вопроса, но не придала особого значения. Ну, может, он устал и хочет расслабиться. Тим молча открыл дверцу бара в гостиной и налил коньяк. Я принялась за посуду, убрала со стола и погрузила в раковину то, что надо помыть.
Я чувствовала затылком, что он смотрел на меня, так пристально, словно у него что-то творилось на душе. Что-то здесь не чисто. Но он ведь не скажет, даже если попросишь, только если сам захочет. Тимур встал со своего места и подошел ко мне со спины, поставил на столешницу бокал с виски и обнял меня за талию, уткнулся в макушку и вдохнул запах моих волос.
— Моя. Ты же знаешь, что ты моя?
Я молча кивнула, ожидая. Он сегодня сам не свой.
— Скажи мне, когда у тебя с делами посвободнее, — начал буднично он.
— А что такое? У меня через неделю отпуск, — растерянно проговорила я.
Он меня развернул и посмотрел прямо в глаза:
— Хорошо, значит успеем все.
— Что успеем?
Он забрал у меня из рук чашку, что я мыла, и усадил на столешницу напротив себя.
— Все. Тогда на выходных идем к твоим руку просить, а как в отпуск выйдешь, никах сделаем в мечети и заодно распишемся.
— Что?
— Ты против? — удивленно посмотрел он.
— Ну как минимум ты бы меня должен был спросить! — выпалила я, пытаясь встать.