Кто ты? Откуда пришел? Где находишься и куда идешь? До зачатия ты не существовал. Ты был ничем. Господь устроил так, чтобы ты пришел в этот мир. Он дал тебе все, чем ты ныне обладаешь, как физические дары — силу, красоту, талантливость, чувства и так далее, так и земные приобретения, непосредственно зависящие от твоих даров, — деньги, состояние, чины. Следовательно, кто отличает тебя? Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил (от Бога), что хвалишься, как будто не получил? (1 Кор. 4, 7).
Если ты еще не окончательно ослеплен гордостью и страстолюбием, если диавол — дух тьмы — еще не полностью погрузил тебя во мрак, если ты — разумное творение Бога по образу и по подобию Его, то все, что тебе нужно — это исповедать несказанную добродетельность Того, Кто одарил тебя всем, соделал царем создания, а также спас Своей Пречистой Кровию от вечной погибели. Тогда ты глубоко смиришься, и это смирение станет началом раскаяния и твоего спасения. Это смирение породит в тебе непобедимую страсть к твоему Благодетелю и Спасителю.
{107}
Говорят, что однажды благочестивейший император Феодосий Великий (379–395) повелел поставить свой трон на берегу моря. Воссев на нем, как и во дворце, он громогласно возгласил перед вельможами:
— Море, силой и данной мне властью повелеваю тебе не выходить из своих границ и не касаться моего трона!
Вельможи недоумевали и не могли понять, что задумал царь. Но не прошло много времени, как неожиданно нахлынула сильная волна, которая не только коснулась трона, но залила царя с ног до головы. Тогда мудрый Феодосий вразумил своих слушателей:
— Знайте же все, что сила мирских царей преходяща и тщетна. Вечным и истинным Царем всего творения является один лишь Царь царей, из ничего сотворивший небо, землю, море и все, что обитает в них, видимое и невидимое.
И на глазах пораженных вельмож Феодосий сошел с трона и направился в церковь, где снял с головы корону и с благоговением возложил ее на священную главу распятого Христа. С того дня и до самой своей смерти император ни разу не увенчал свою главу царским венцом.
Задумаемся же и мы над ничтожеством и суетностью власти, которой мы якобы обладаем. Поразмыслим над кратковременностью нашей жизни, и да не будет наше сердце привязано к ней. Не будем гнаться за ложным, дабы приобрести истинное, обещанное нам Господом нашим Иисусом Христом.
{108}
Часть вторая.
Сотвори благо
Добродетели
Пророк Давид премудро дает определение смысла добродетельной жизни, говоря: Уклонись от зла и сотвори благо (ср.: Пс. 33, 15). Об уклонении от зла мы говорили в первой части настоящей книги, во второй же ее части мы расскажем о созидании блага, упражнении человека в добродетели, а также о Страшном Суде, рае и аде.
Начнем с основной иерархии добродетели, дабы ты знал, какие из них являются высшими и более важными.
Все добродетели можно разделить на две группы: на духовные, или незримые, то есть взращиваемые и переживаемые человеком внутри себя, и на внешние, или зримые, которые выражаются посредством определенных действий и видимы для людей. К первой группе относятся три величайшие богословские добродетели — вера, надежда и любовь, наибольшей из которых является последняя. Это царица всех добродетелей, разделяющая свой трон с равноценными ей смирением, терпением, благочестием, рассудительностью, пренебрежением мира, отречением от своей
{109}
воли и прочими. Ко второй группе относятся пост, бдение, милостыня, молитва, подвиг монашества и другие. Разумеется, что и в них мы должны упражняться с чистым сердцем и богоугодным душевным расположением. Совершаются они посредством дел и внешних проявлений, поэтому их легче заметить, нежели первые.
Все добродетели душеполезны и необходимы для нашего спасения, но прежде всего духовные, ибо, как сказал Господь самарянке, Бог есть Дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине (Ин. 4, 24). Святому Тимофею апостол Павел также пишет: упражняй себя в благочестии, ибо телесное упражнение мало полезно, а благочестие на все полезно (1 Тим. 4, 7–8).
Оценивая внутренние добродетели как более высокие, мы ни в коем случае не пренебрегаем внешними, ибо последние путеводят нас к первым. Ими мы стяжаем внутренние добродетели и сохраняем их. Удаление от мира, например, избавляет монаха от искушающих зрелищ, звуков и общения с мирскими злочестивыми людьми. Пост истощает тело, обуздывает его тяготение ко греху, возвышает дух и способствует, таким образом, молитве и духовному деланию. Все это, в свою очередь, способствует стяжанию терпения, смиренномудрия и благочестия. Можно сказать, что внутренние добродетели являются желаемой целью, а внешние — средством для ее дости