Сонаваралингатаки же не зверь какой-то, потому, когда гости и хозяева начали расползаться, передвигаюсь поближе к старосте, возле которого практически не осталось приближенных, не осиливших «зелёного змия». И начинаю речь: «Мудрый и доблестный Панхи, как погляжу, в недоумении, зачем Солнцеликой и Духами Хранимой типулу-таками такая щедрость?» Тот, будучи под хмелем, автоматически пожимает плечами, тут же спохватывается, старается придать лицу невозмутимое выражение, выходит довольно комично, но я делано не обращаю внимания на конфуз хозяина, и продолжаю как ни в чём ни бывало: «Наша повелительница в заботах своих о благе Пеу желает видеть всю страну от Мар-Хона до пустошей Сувана под единой властью, с едиными законами и установлениями, чтобы можно было всем своим подданным давать те блага, которые проистекают из того, что заимствуем мы у заморских чужаков или что измышляем сами. Но она вовсе не хочет пролития крови или урона чести тех доблестных мужей, чьей вины нет в том, что они привыкли жить по-старому и не готовы принимать новое. Ты, достопочтенный Панхи, достаточно мудр, дабы понять силу, что идёт с запада острова, но все ли в твоём окружении таковы. И немало твоих людей скажут: «Пришельцы из Тенука устанавливают в Бонко свои порядки, не считаются с нашими вождями, словно с грязью!» Я же, вслед за типулу-таками не хочу, чтобы исполнению предначертанного владычицей что-то мешало. Мне проще одарить «сильных мужей» Бонко богатыми дарами, которых они достойны, в обмен на согласие принять посланных из Тенука советников, которые будут помогать Тонкутаки управлять землями от гор до моря, чем заниматься усмирением каждой деревни военной силой. А потом ещё постоянно давить мятежи недовольных. Ты умный человек, почтенный Панхи. И думаю, достойно примешь то, что время таких, как ты, ушло. Так что можешь проводить остаток дней своих в пирах и веселье, получая от людей типулу-таками должную долю почтения. А уже сыновья и внуки твои, освоившие премудрости, который преподают в Обители Сынов Достойных Отцов, станут возле престола, дабы творить великие дела, достойные своего рода. Один великий человек из заморских земель сказал как-то, что лучше быть первым в деревне, чем вторым в столице. Не спорю, совсем недавно на Пеу так и было. Но время, когда такое было возможно, уже проходит. Для величия Земли Дареоев нужны мир и спокойствие внутри всех владений типулу. И наша повелительница не потерпит смуты и открытой вражды между «сильными мужами». Если же будут между кем споры, то отныне её посланцы станут судить, кто прав, и примирять спорщиков. Каждый, конечно, сам вправе выбирать: тешить свою гордость, противясь воле типулу, и обрекая себя на погибель, а род свой на умаление, либо же смириться с окончанием прежних вольных времён, в обмен на щедрые дары сейчас и в ближайшем будущем и возможность ещё более щедро вознаграждаемой службы дому Пилапи и великих дел на этой службе для своих детей и внуков».
-В прежние годы тебя, Сонаваралингатаки, многие полагали сумасшедшим. Но я и тогда подозревал, что ты не совсем безумец. Просто иное сказанное тобой трудно было понять или представить. Ну, а судя по тем делам, что ты успел совершить, глупцами были те, кто над тобой за глаза смеялся – ответил староста Такаму, немного подумав – Я и сейчас понимаю не всё, что ты хочешь сказать.
-Я хочу сказать, что сила на моей стороне, но мне не хочется проливать кровь дареоев без лишней необходимости – говорю в открытую – Но если мне не оставят иного выбора, крови не избежать.
Я услышал тебя, Сонаваралингатаки – пожимает плечами Панхи – И благодарю тебя за великодушие.
Глава 15