Лейтенант переводит мои слова, Унас Тичу согласно кивает. Я же продолжаю: «Оружие вашим людям пока что придётся сдать. На кораблях оставите по несколько человек, необходимых для присмотра. И к ним в помощь прибудут подданные типулу-таками». Это всё господину «генералу колонны» понравилось куда меньше: он машинально кивнул ещё раз и уставился на меня. «Тонбе генералу» – добавляю успокаивающе – «Я не собираюсь причинять вреда доверившимся нашей повелительнице. Тем более, если они способны в будущем принести пользу Пеу-Даринге. Но пока что во избежание недоразумений лучше оружие сдать. Впрочем, господам окитеру можно оставить пистолеты и клинки». Пожалуй, стоит сразу обрисовать перспективу возможным ценным кадрам. Ну и почему бы не оставить личное оружие благородным господам и приравненным к оным категориям – если использовать в дальнейшем тюленеловов на службе правительнице острова, то лучше это делать какими-то группами под руководством своих собственных командиров, пусть и разбавляя туземцами. А в таком случае нужно не умалять авторитет начальства.
Вроде бы моё пояснение успокоило палеовийцев – генерал, выслушав перевод, вновь согласно кивнул и с некоторым пафосом произнёс ответную речь. Лейтенант-толмач принялся пересказывать по-папуасски: «Господин Унас Тичу благодарит господина Сонаваралингу-таки за понимание. Совсем недавно нам приходилось воевать друг с другом, но мы уважаем достойных противников. Уверен, подданные типулу-таками так же чтут законы войны и не станут мстить мне или моим подчинённым за добросовестное исполнение своего долга».
Заверяю в свою очередь экс-губернатора в том, что не намерен хоть как-то мстить изгнанникам за прежние обиды. А сам уже начинаю прикидывать, как половчее развести тюленеловов с возможными кровниками. Пожалуй, в Мар-Хоне с окрестностями их лучше не оставлять – здесь-то как раз немало тех, чьи родственники погибли при не очень удачномдля палеовийцев нападении отряда под командой тогда еще надмайора Тичу. Придётся, скорее всего, в Тин-Пау переправлять и корабли, и личный состав. И напоследок добавляю: «Приглашаю господина генералу на ужин сегодня вечером». Унас мотнул головой: «Боюсь, что не смогу воспользоваться приглашением. Мне надо организовать высадку моих людей».
«Господин генералу может отправить в Новый Порт кого-то из своих спутников» в – предлагаю и тут же добавляю – «Если вы видите в моём предложении какой-то подвох, то напрасно. Просто мне кажется, что человеку в годах не пристало трястись в телеге и глотать дорожную пыль. С передачей нам оружия и размещением солдат справятся и подчинённые господина генералу. А он отдохнёт, и потом мы с господином генералу побеседуем более подробно о дальнейшей судьбе его и его отряда».
Самое забавное, я только сегодня задумался о своём упущении: ослиные и бычьи повозки для транспортировки грузов внедрялись широко, насколько позволяло скотское поголовье, а вот насчёт какой-нибудь кареты, хотя бы в одном экземпляре, для комфортного перемещения важных лиц озадачить имеющихся в моём распоряжении умельцев не удосужился. Впрочем, ничего удивительного: у папуасов даже аристократия, в том числе и правители областей и всего Пеу, испокон веков перемещались на своих двоих, во Внутриморье и на материке, знать либо в портшезах каталась, либо верхом на своих безгорбых верблюдах. А телеги только для перевозки грузов да публики грубой и неотёсанной служили. И должен сказать, ихемских благородных понять можно: рессор здесь ещё не придумали, потому лучше уж на скакуне или в носилках, если статус не позволяет пешком топать. Пробовал я пару раз прокатиться в изделиях местного «телегопрома», выдерживал не больше часа, даже по самым обустроенным дорогам.
Пожилой палеовиец что-то себе в уме прикинул и протарабанил ответ. Лейтенант перевёл: «Господин генерал колонны согласен с почтенным Сонаваралингой-таки. Способ перемещения действительно доставляет мало удовольствия. Только господин генерал колонны напишет распоряжение и оправит его с господином надмайором Кнагом Цукну».