Некоторое количество вражеских бойцов разбежалось по кустарнику слева от дороги, где их взяли в оборот подошедшие папуасы – ополченцы из местных, разбавленные парой десятков «макак». Впрочем, большая часть тюленеловов залегла в оросительных канавах на примыкающем к грунтовке поле. И довольно быстро очухалась: по крайней мере, когда пулемёт Рикая замолчал, и более семи сотен папуасов атаковали чужаков врукопашную, среди палеовийцев нашлось не так уж и мало тех, кто оказался способен вести по ним огонь. А поскольку бежать пришлось больше двух «перестрелов» по практически открытому пространству, то атака захлебнулась: кто погиб, кто повернул назад, кто залёг, не рискуя высунуться.
Исключение составили бойцы под командованием Гоку: когда огонь тюленеловов стал совсем уж невыносимым, подчинённые неугомонного бонкийца прижались к земле, но продолжали ползти вперёд. Их примеру последовал кое-кто из лежащих поблизости «макак» и солдат. Добравшись до дороги, разведчики и примкнувшие к ним вскочили и с диким рёвом бросились на не ожидавших такого палеовийцев. Увы, слишком мало их было, и отчаянная попытка нескольких десятков дареоев не переломила хода боя. Здраво оценив ситуацию, Гоку рявкнул: «Режем, кого встречаем на пути, и уходим!» Резня в канавах длилась считанные минуты: отправив по Тропе Духов два или три десятка тюленеловов и потеряв с дюжину своих, «макаки» скрылись в зарослях на краю поля.
После провала атаки наступило непродолжительное затишье, нарушаемое редкими очередями и одиночными выстрелами с обеих сторон. Но постепенно огонь со стороны засевших по канавам палеовийских колониалов по зарослям усилился. Палили они довольно бестолково, но на папуасов, да и на заморских наёмников, и такая стрельба действовала угнетающе. Так что никто и не помышлял о наступлении.
Так продолжалось где-то с четверть «стражи», а затем чужеземцы развернули пару каких-то штуковин, которые начали посылать рвущиеся снаряды «очень далеко». Что тюленеловы применили, я мог только догадываться – но точно не пушки, моим орлам знакомые. Писарь, фиксировавший отчёт вышестоящему начальству, указал, видимо под диктовку Тилтака, слово из языка Северного архипелага, ничего мне не сказавшее. Так что это могли быть и какие-то ракетные установки, и миномёты, и гранатомёты.
Палеовийцы обстреливали поля и заросли в радиусе десяти-двадцати «перестрелов» довольно долго. Сопровождалось всё это противным свистом летящих снарядов. К концу сего представления мои орлы не то что об атаке на врага забыли, но и вообще не думали ни о чём, кроме как выбраться живыми из передряги – хотя реальные потери среди наших бойцов от обстрела оказались в итоге невелики.
Затем тюленеловы прекратили стрельбу, свернули своё грозное оружие и потянулись на север. Рикай и те из папуасов, кто очухался после наступления относительной тишины, могли наблюдать, как одни чужаки чуть ли не тумаками выгоняют из укрытий других и заставляют их двигаться в сторону развилки, возле которой они ночевали. На саму дорогу кроме тащивших свои не то ракеты, не то миномёты мало кто рисковал выползать – так и перебегали где по канавам, где едва ли не ползком по посадкам коя.
Когда хвост вражеской колонны уполз довольно далеко от места, где их застал обстрел, со стороны моря полетели артиллерийские снаряды с «Далекоплывущих». Прочитав это место в отчёте, я понял, наконец, куда и зачем моряки стреляли. Похоже, у высадившихся палеовийцев имелась с собой минимум одна радиостанция, по которой и вызвали огонь на подмогу. Впрочем, от этого огневого прикрытия «макаки» и прочие урона понесли ещё меньше, чем от ракет-мин. Падали снаряды с весьма серьёзным разбросом – судя по всему, район, который требовалось накрыть, на кораблях представляли весьма приблизительно, а корректировать стрельбу отходящие колониалы не то не умели, не то просто о таких мелочах не думали, спеша убраться из опасной зоны.
Когда артобстрел кончился, Шатвиш послал дозоры проследить, докуда будут отступать тюленеловы. На сегодня чужеземцы ограничились Хапани, то есть, деревни возле той самой «шестой вышки». В отличие от предыдущей стоянки здесь, когда палеовийцы ограничились «сигнализацией» из консервных банок, теперь их солдаты усердно рыли окопы и вырубали все кусты, на которые хватало рук. Это мало радовало – не попустите предки, вздумают закрепиться на занятом куске нашей территории и, будут ждать подкреплений с чем-нибудь более основательным, нежели ручные пулемёты и пара каких-то переносных «пукалок».