Шатвиша, Тагора и Гоку назначили ответственными за военный парад, Ванимуй с Кинумирегуем взяли на себя организацию пиршественного угощения в Мар-Хоне и Тенуке соответственно, Чирак-Шудай и старосты городских концов отвечают за обеспечение массовки на шествии, которое пойдёт вслед за марширующими военными. Один я на этом празднике жизни выполняю функцию «свадебного генерала». Хотя мои подопечные Великого и Ужасного Сонаваралингу-таки и в «свадебные генералиссимусы» возвести готовы.
Праздник, можно сказать, прошёл мимо моего сознания: я на автомате толкал потребные моменту речи на «торжественном языке», закидывал в рот жареное мясо и печёный кой, заливая угощения вином и брагой. А в голове в это время щёлкали счёты, суммирующие урон Новому Порту, да крутились цитаты из протоколов допросов пленных палеовийских офицеров (каковых в руки орлов Шатвиша попало целых два).
В общем, нам в очередной раз повезло: артиллерийскую стрельбу из трофейных «сорокапяток» командиры тюленеловов отнесли на счёт скилнцев, которые кроме участия в обучении вохейских частей «нового строя» успели отметиться по всему Западному архипелагу и, по непроверенным данным, даже на Островах Пути. Потому применение чересчур совершенного для дикарей на задворках мира оружия визитёры объяснили самым простым для себя образом. А обстрел колонны из пулемётов и автоматов только укрепил «гостей» в этой мысли. В итоге, командовавший палеовийским десантом «надмайор», чьё имя наши писцы перенесли на бумагу как «Унас Тичу», приказал отступать. Причём, догадываюсь, отходить распорядился, боясь панического бегства вверенных ему солдат. И понять этого Тичу можно: колониалы с Сагоя и Чинуля доселе, самое большее, имели дело с бунтующими плантационными рабами, всё оружие которых – ножи да мотыги с лопатами. А тут равный противник….
Наконец, торжества позади, и можно просто побыть наедине с Рами.
Лежу на набитом овечьей шерстью матрасе, тэми приникла головой к моему плечу. За травяными стенами моей мархонской хижины глухая ночь, наполненная щебетанием птиц. Хорошо и спокойно. Было. Пока моя неофициальная супруга не заговорила.
-Ралинга, чужаки ведь ещё вернутся? – задала она вопрос.
-Не знаю. Я бы на их месте приплыл ещё раз с большими силами – машинально пожимаю плечами. Выходит, при навалившейся на меня Рами, плохо.
Врать нет желания, но горькой правдой потчевать моего бесёнка хочется ещё меньше. Хотя тэми всё прекрасно понимает и так.
-Значит, они придут снова – спокойно говорит она – Сколько у нас есть времени?
-Мало. Хорошо, если год или два – отвечаю честно.
-Плохо – говорит подруга – мы не увидим, как вырастут наши сыновья, Кахилуу и Каноку. И не дадим им той мудрости, кою родители обязаны дать детям….
В голосе Солнцеликой и Духами Хранимой столько тоски и обречённости…. Я обнимаю её, выдавливая из себя слова утешения – фальшивые и нелепые. Потому что мне и самому понятно: повторный визит палеовийцев – всего лишь вопрос времени.
Глава 4
Глава четвёртая
В которой текущие проблемы не дают герою слишком много думать о бедах грядущих.
«Посему Солнцеликая и Духами Хранимая типулу-таками Раминаганива со всем почтением оповещает своего уважаемого старшего брата, Повелителя Четырёх Берегов Вохе, правителя Южной Гряды, Телмы и Буктула, покровителя Шхишшхета, Тоута и Хтилтоша…» – я ещё минут пять перечисляю острова, в той или иной мере подконтрольные Тишпшок-Шшивою. Толмач из молодых мархонских мигрантов-тенхорабитов бодро переводит.
Господин вохейский посол слушает меня с кислой миной: а чего играть в дипломатию, здесь все свои. И о сути сегодняшнего мероприятия ему уже известно.
«Милостью богов её воины отразили вторжение чужеземцев с дальнего края Морей и Земель, многих из них истребив, а иных взяв в плен» – перехожу, наконец, к содержательной части своей речи – «В знак глубокого почтения Солнцеликая и Духами Хранимая типулу-таками посылает своему уважаемому Старшему Брату пленённых тюленеловов и чужеземное оружие».
Мудая-Хитва угрюмо кивает: ему прекрасно известно, что попавших в наши руки палеовийцев намного больше тех восьми, которых передают вохейцам, да и оружия досталось не десяток ржавых автоматов и пистолетов (это просто ужас, до какого состояния колониалы доводят вверенное им армейское имущество – ну, словно какие-то дикари).