Ага, Лимпор и до этого докопался: «…. но правители Пеу не упускают случаев проверить своих солдат (примечание переводчика: «употреблено палеовийское слово ирсийского происхождения») в деле. В первую очередь, конечно, стоит упомянуть участие пеуссцев в войнах между вассалами Тагиры и Кабирши на стороне последней. Поводом для выбора за кого воевать, насколько я понимаю, послужил сохраняющийся видимый сюзеренитет Вохе над Пеу-Дарингой. А Повелитель Четырёх Берегов сейчас союзник Любимого Сына Потрясателя Земной Тверди. То, что воевали не тагирийцы с кабиршанцами непосредственно, а их союзники, позволили Сонаваралинге-таки и Раминаганиве сохранить хорошие отношения с наместниками «Страны чёрных», торговля с которой имеет немалое значение для Пеу.
Единовременно численность подданных типулу-таками, участвовавших в тамошних войнах, никогда не превышала полутысячи человек. Всего же в пустынях Закумдала побывало от двух до трёх тысяч человек. Количество погибших же не превысило две сотни. По договорённостям содержание сводного цаба полностью брали на себя сначала цари Тубы, а позднее Утанты. Боеприпасы и часть оружия поставляли вохейцы.
Ещё в Вохе, собирая сведения о моём нынешнем местопребывании, я слышал несколько раз от знающих людей, что роль пеуссцев в тех войнах была весьма высока – некоторые вообще считали, что именно островитяне обеспечили разгром зумзак-уноев, от которого те так и не смогли оправиться.
Но кроме не скрываемой и всем известной помощи Тубе и Утанте пеуссцы отметились на Иханаре, где воевали, а возможно и продолжают это делать, на стороне непокорившихся палеовийцам племён северной части архипелага. В отличие от войн на Дисе, там они действовали очень осторожно. Численность успевших побывать на соседних островах военных Даринги мне установить не удалось даже приблизительно. Но счёт должен идти на сотни солдат и офицеров. Всех, кто воевал или до сих пор воюет против тюленеловов, официально считают добровольцами, делающими это вне службы в регулярных войсках. Администрация Палеовийской Иханары вынуждена делать вид, что верит этому, поскольку из-за значения пеусской меди для промышленности Островов Пути обострение отношений между странами не выгодно обеим сторонам».
Ага, примерно так всё и обстояло. Предприятие, если не считать ста семидесяти шести трупов папуасов, было, в общем и целом, для Пеу-Даринги прибыльным: боеприпасами, частично стрелковым оружием и большей частью тяжёлого сводный цаб снабжали вохейцы, и сами пославшие полуторатысячный экспедиционный отряд; продовольствием обеспечивали тубцы и утантцы. От кабиршанцев казна острова ещё и по паре чинвов в год за каждого бойца получала. А за погибших – по три «землетряса».
Насчёт решающей роли моих орлов в победе Тубы над конфедерацией зумзак-уноев вохейские информаторы Лимпора несколько преувеличили, конечно, хотя не так уж и сильно: правда, главная заслуга была не в боевых качествах папуасских солдат, а в страхе противника перед чуваками, дважды победившими жутких тюленеловов. Батальон не совсем полного состава – полторы сотни гвардейцев и двести армейцев – ещё толком не освоился на отведённом ему участке театра военных действий, когда упомянутые унои попёрли напролом.
Согласно позднейшей реконструкции событий, основанной как на свидетельствах участников боя с нашей стороны, так и на показаниях пленных, зумзак-унои просто хотели прощупать оборону противника. Но неожиданно атака полутысячи всадников на обычных для тех мест безгорбых верблюдах обернулась гибелью доброй половины атаковавших, и смятыми порядками шедшей следом пехоты – причём последняя больше пострадала от собственной дромадерии, нежели от контратаки приданного батальону капитана Логурикапи полуцаба тубских всадников.
На следующий день по всей вражеской армии, стоявшей лагерем в одном или двух дневных переходах от позиций моих папуасов, расползся слух, что им противостоят те самые островитяне, что дважды били самих палеовийцев. И небольшая разведывательная вылазка роты гвардейцев при поддержке сотни союзных дромадеристов вызвала паническое бегство зумзак-уноев. Чем и воспользовались подтянувшиеся верблюжьи подразделения тубской армии. Преследование бегущего врага продолжалось несколько дней – и если многим всадникам спастись удалось, то пехоту выбили практически в ноль.