- Это проблема, - ответила Лена глубокомысленно. - Будем решать, - и махнула на стул.
Я снова ничего не понял, но устраивать скандал как-то не тянуло. И так не сложно догадаться, не по своей воле со мной возится. Как она в начале сообщила, наставницей назначили. Когда ее сомнительная подружка брякнула про секту я посмотрел в инфосфере на данную тему. Оказывается, не так давно, пытались обвинять фонд в выманивании денег. Родственники внезапно забеспокоились, когда некий богатый гражданин перевел пару миллионов евро на счет организации. До суда дело даже не дошло. Взрослый совершеннолетний и явно в своем уме, имеет право распоряжаться собственным капиталом как ему угодно. Вопли про программирование и промывание мозгов так и остались голословными. Вполне себе нормальный господин, уверовавший в помощь бедным и несчастным людям. Таких при желании найти легко в любой стране. Не все разбрасываются миллионами, однако деньги то в фонды спасения пингвинов от потепления или бабочек в болотах откуда-то приходят. Люди, чем хуже.
Кроме того, кто-то из журналистов, мне имена не интересны, всерьез пытался копать под фонд. Ничего подтверждающего обвинения, принуждения или унижения, которым в стандартном порядке подвергаются члены сект не выявил. Как написал 'создается впечатление, что деятельность общества осуществляется на добровольных началах'. Впрочем, кое-что мелькнуло сомнительное. Поступления пожертвований проконтролировать невозможно и судя по некоторым тонкостям не все заносится в бухгалтерские счета. Реально проверить кому и за что платили в Мали, Анголе или Марокко вряд ли представляется возможным. Отделения фонда имелись во многих странах и не только в Африке. И занимались они достаточно обычными вещами. Медицинской помощью, гуманитарными поставками.
На самом деле, вряд ли есть на свете хоть одна фирма, имеющая дело с наличными честно и полностью сообщающая о своих расходах. Особенно в таких дырах, где без взятки ничего не движется и начальству нужно показать глубокое уважение, если желаешь нужного отношения. Вроде все прекрасно с виду, но именно это меня и цепляло. Именно с виду. Компания закрытая, семейная и свободного доступа к документам не существует. Я бы мог покопаться, но здесь требуются профессиональный юрист с ревизором. И работы, вероятно, на годы. Не с моим опытом мелкого воришки и картежника лезть в эти тайны. С другой стороны, зная кто фирмой руководит, стоит ли удивляться? Хуже всего, не понять насколько в курсе роли и возможностей Христины окружающие меня люди. А если знают, чем она их держит? Тоже за каждой Карлой или Леной покойник сомнительный и компромат? И ведь не спросишь прямо. Да и не ответят правду.
Особенно само слово 'наставник' меня напрягало. В любой приличной секте у каждого неофита есть свой личный, который значит для них больше любого близкого человека или священника. Обычно ему положено беспрекословно повиноваться и давать полный отчет в своих действиях и мыслях. Чаще всего у такого наставника есть свой руководитель и цепочка иерархическая достаточно четко просматривается. Но все дело в том, что Лена от меня ничего не требовала, ну не считать же таскание коробок насилием над личностью. Более того, вчера, вернувшись, я обнаружил, что обитатели общежития собрались в столовой и дружно поют псалмы. Католические литургии от лютеранских не отличу, разве кто-то на латыни исполняет, а кто-то на родном языке. Так православные тоже на своих молятся. Она не стала меня призывать присоединиться к общему действию, хотя сама пошла. Не укладывается такое поведение в стандартные схемы. Первым делом требуется изолировать от любых посторонних знакомств новичка. Бесконечно окружать любовью и рассказывать, что мир катится в ад и только данная группа знает метод спасения. Меня, напротив, таскали по людям и члены группы не обращали внимания. То есть здоровались и все такое, однако кроме Карлы никто не подходил.
Может потому что я тоже нестандартен и подход другой? Слишком мало времени прошло, чтоб разобраться. А то я готов отдать пару миллионов за право выхода. Только нема дурных. Кто ж поверит, что последние, если им реально деньги нужны. Пусть сами поднимут вопрос, намеков делать не буду. В конце концов, мне Христина кое-что обещала. Вот и погляжу.
В дверь постучали.
- Входите, - крикнула Лена, причем на английском.
Оказалось совсем молодой парнишка. Худой, лопоухий и в очках. Ну то есть не мальчик. Лет ему не меньше шестнадцати-семнадцати. Последний или предпоследний класс. Вежливо здоровается.
- Мигель Лукас Саласар? - спросила Лена явно для проформы, извлекая из принесенной папки несколько листков, на первой страницы которых имелось фото пацана. - Садись.