Заметив меня, почему-то раскрасневшаяся девочка подняла глаза и стеснительно проговорила:
— Извините, я взяла ваш ноутбук! Телевизор не работает!
— Ничего страшного! Пользуйся! — ответил я, совершенно забыв про свои открытые вкладки. Ведь я никогда не закрывал и не скрывал их. К чему, от кого?
У нас в семье давно не было секретов друг от друга, даже в сексе!
Нередко мы занимались любовью с женой в присутствии моей приёмной дочери Даши, и довольно часто она присоединялась к нам. В её возрасте, проснувшейся подростковой сексуальной активности, помимо обязанностей Ангела Творения по привлечению новых членов в нашу общину и сексуальных отношений со сверстниками, она не забывала и родителей, сама получая разрядку, спуская и доставляя удовольствие от секса и нам со Светой.
Помимо всего прочего Даша стала с детьми нашей Общины по поручению Первейшего ходить в одну фотостудию на откровенные фотосессии, хотя у нас в доме была полноформатная камера, и я сам часто фотографировал всех нас для семейного альбома. Её снимки и фото других детей стали приносить определённый доход в нашу Общину. В фотостудии были в восторге от такой вроде бы простой девочки, становящейся для снимков в сногшибательные соблазнительные позы, выглядящей очень естественно и раскованно, и поэтому по популярности затмевающей других девочек из моделей, зажатых и стеснительных. Стеснительных девочек, впрочем, тоже было фотографировать превеликим удовольствием... Поэтому Даша приводила этих младше её девочек и мальчиков, по одному, по двое и даже по трое к нам домой, чтобы в домашней обстановке они раскрепостились и перестали быть зажатыми. Игры в постели с Дашей, с постепенным раздеванием снимали их стеснительность, и помимо доверия к моей старшей дочери они начиналит доверять и мне, и уже не зажимались при виде фотокамеры; я беспрепятственно фотографировал их, и они сами с готовностью позировали мне. Некоторые фотографии с детками получались довольно неплохими, достойными Джока Стёрджеса. Секрет прост: не нужно стесняться самому. Я попросту обнажался тоже, и дети раскрепощались.
Ну а семейный секс в присутствии младшей, Алисы, был привычным делом, ведь малютка ничего не понимала и только гукала, лежа в стороне, видя как члены её семьи любят друг друга. Но всё впереди...
Даже не спрашивая Дашу, а видя по её глазам, что она проголодалась, я прошёл на кухню и приготовил обед на скорую руку: куриный суп на первое и макароны по-флотски на второе. Закончив с готовкой, я из кухни позвал мою маленькую гостью:
— Даша, иди есть!
Девочка не сразу отозвалась, а потом нерешительно застыла в коридоре. Почему-то у нее горели щёки, и она как-то со смесью опасения и в то же время любопытства и потаённого ожидания поглядела на меня и с застенчивостью, бесхитростно соврала:
— Нас в школе кормили! Я не хочу!
— Хочешь! Хочешь! Я по глазам вижу! — отмёл я её возражения и насильно посадил на табуретку напротив.
— Возможно, это не так вкусно, как готовит твоя мама, но есть можно! Моя старшая дочь, её кстати тоже Даша зовут, как и тебя, говорит что я хорошо готовлю, когда больше есть нечего!
Мы с младшей Дашей посмеялись над шуткой, девочка немного растаяла и вскоре уплетала за обе щеки мой суп. Не отказалась она и от макарон и под конец вовсю, освоившись и привыкнув ко мне, щебетала про свою школу, весело болтая ногами, рассказывая о своих одноклассниках и учителях различные случаи.
Уже закончив с обедом, Даша вызвалась помочь мне с мытьем тарелок, встав на маленькую табуреточку, и я только подавал ей грязную посуду, любуясь сзади задорно торчащей в колготках из под юбки маленькой попкой девочки, склонившейся над раковиной. Задранная юбочка приоткрыла почти всё полушарие и сквозь светлую ткань виднелись белые трусики, скрывающие половинки ягодичек. В этот момент я с трудом подавил желание их погладить и ощутить под рукой мягкость попы Даши. Что делать, я ведь не извращенец какой-нибудь. Просто эстет.
В какой-то момент я не успел отвести взгляд, и Даша заметила куда устремлены мои глаза; она тут же стеснительно одёрнула юбку и мы обоюдно покраснели.
Закончив с мытьем, девочка спустилась с табуретки и, хотя уже могла покинуть кухню, смущенно замялась, как будто её мучил какой то вопрос.
— Что, Даша, ты что-то хочешь? Может, в туалет? Ещё пописать? — пришел я на выручку девочке.
— Да! Но не в туалет! Писать не хочу... Можно спросить? — начала засмущавшаяся Даша.
— Спрашивай, за спрос денег не берут! — шутливо ответил я, не подозревая что с этой минуты события пойдут самым непредсказуемым образом.