«Консерваторам» хватает ума, чтобы понять, что перевод решений на уровень штатов не равносилен переводу власти на уровень «народа»: она все равно остается в руках тех, кто одной рукой берет субсидии, а другой рукой их прикарманивает. Вот и весь «глубокий философский принцип», стоящий за стараниями «консерваторов» передать полномочия штатам.
На федеральном уровне этому еще сопротивляются, поэтому он и превратился во врага (не весь, не те его сектора, которые передают деньги крупным корпорациям, как это делает Пентагон, бюджет которого растет вопреки возражениям более 80 процентов народа).
Согласно результатам опроса, приведенным «Вашингтон пост», очень многие придерживаются того мнения, что любые действия федерального правительства плохи, за исключением военной сферы — ведь она нам требуется (разумеется) для отражения страшных угроз американской безопасности. (Но даже и в этих условиях люди не желают увеличения военного бюджета, которым занимаются Клинтон, Гингрич и пр.) «Как это объяснить?» — вопрошает «Вашингтон пост».
Может, виновата длящаяся уже полвека интенсивная пропаганда корпораций в прессе и вообще повсюду, старающаяся направить страхи, негодование и ненависть людей против правительства и скрыть от них могущество частного капитала? Нет, от таких предположений газета далека. Для нее остается загадкой, откуда у людей такие странные мысли.
На самом деле источник этих мыслей ясен. Когда человеку захочется дать выход своей ярости из-за неудавшейся жизни, он скорее взорвет федеральный офис, чем штаб-квартиру какой-нибудь корпорации.
У правительства полно изъянов, но такая пропаганда выступает как раз против его правильных действий — против его функций единственного защитника людей от частной тирании.
Корр.: Вернемся в Колорадо, в Боулдер. Там вы тоже видите пример «антиполитики»?
Там я вижу пример наступления на демократию. Это значит, что людей лишают их права объединяться и демократически решать, как они хотят жить.
* * *
Корр.: Вы часто подчеркиваете, что руководство корпораций получает все, чего хочет, на блюдечке, но при этом с подозрением относится к крайне правым, потому что хочет, чтобы у их дочерей оставалось право на аборт. Но ведь это право у них было и до решения Верховного суда по делу «Роу против Уэйда» (подтвердившего законность абортов).
Руководству корпораций не хочется делать это тайно, опускаться на криминальный уровень. Они нуждаются в нормальных свободах для своих жен и дочерей и сами хотят жить в цивилизованном обществе, а не в пещере религиозного фундаментализма, где окружающие думают, что мир был сотворен пару тысяч лет тому назад.
В этой ультраправой тенденции их тревожит еще одно — популистская струя. Существует большая оппозиция всякой крупной величине: не только большому правительству, но и большому бизнесу. Правые не видят смысла в финансировании науки, а бизнес видит, ведь наука создает технологию и знания, которые бизнес потом станет эксплуатировать.
Еще руководителям корпораций не очень нравится мысль о ликвидации наднациональных институтов, таких как ООН, и так называемой иностранной помощи. Им такие институты необходимы. У шовинизма и узколобого фанатизма, восстающих против реформ и социальных выплат, есть другая сторона, очень тревожащая бизнес.
На внутреннем фронте
Миф о тяжелых временах
Корр.: На днях я звонил вам домой, в Лексингтон. Вы сидели в темноте — вырубилось электричество...
У меня ощущение, что такие вещи будут происходить все чаще. В инфраструктуру вкладывается недостаточно средств. Это — элемент погони за скорым доходом, когда все остальное перестает интересовать.
Это многие сознают. К нам заходил водопроводчик, сказавший, что он приобрел себе генератор, потому что ожидает частых отключений электроэнергии.
Еще одна сторона того же самого — аутсорсинг. Для корпораций это экономия, а для потенциальной рабочей силы это удар. В университетах нанимают персонал на полставки, который часто меняется. В науке тоже растет тенденция к кратковременной, прикладной, а не теоретической, фундаментальной деятельности, а ведь это она заложила в 1950-х годах фундамент сегодняшней экономики. Понятно, к чему это может привести с течением времени.
Корр.: Ваше отношение к дефициту — рабочих мест, денег, возможностей...