Корр.: Международное право имеет приоритет над национальным, но Израиль говорит, что эти резолюции неприменимы. Как это понять?
Международное право точно так же неприменимо к Соединенным Штатам, осужденным Международным судом. Государства поступают по своему усмотрению — хотя мелким государствам приходится, конечно, проявлять покладистость.
Израиль — не мелкое государство, а придаток мировой сверхдержавы, поэтому он делает то, что ему позволяют делать США. США говорят: можете не выполнять эти резолюции, поэтому они остаются пустым звуком, точно так же как и те, в которых осуждаются сами США.
Осудить США Совету Безопасности никогда не удастся — они наложат на такую резолюцию свое вето. Возьмем вторжение в Панаму. США наложили вето на обе резолюции Совбеза ООН, осуждавшие их за это вторжение.
Совет Безопасности ООН неоднократно пытался принимать резолюции, осуждавшие США. Они непременно прошли бы, если бы относились к беззащитным странам. Генеральная Ассамблея принимает антиамериканские резолюции одну за другой, но что толку, это же просто рекомендации.
Корр. :Вспоминается разговор с Моной Ришмави, адвокатом организации защиты гражданских прав «Аль-Хак» в Рамалле, на Западном берегу. Она говорит, что никогда не знает, каким законом воспользуется в суде израильский обвинитель: чрезвычайным законодательством Британского мандата, иорданским, израильским, османским…
Или взглянем на их собственные законы. Там существуют административные правила, которые никогда не публиковались. Любой палестинский юрист скажет вам, что законность на оккупированных территориях — дурная шутка. Закона там нет — одна грубая власть.
Большинство обвинительных приговоров выносится на основании признаний подсудимых, хотя всем известно, как достигается признание. Через шестнадцать лет после приговора одного друза, ветерана израильской армии, признали невиновным. Разразился скандал.
После расследования Верховный суд постановил, что на протяжении шестнадцати лет секретные службы занимались обманом. Секретные службы прибегают к пыткам — это общеизвестно, но на суде говорят, что такого не бывает.
Тот факт, что они лгали Верховному суду, наделал шуму. Что это за демократия, если ложь звучит даже в Верховном суде? Сами факты пыток большого волнения не вызвали — про них и так все всегда знали.
«Эмнести интернэшнл» в 1977 году интервьюировала в Лондоне судью Верховного суда Моше Эциони. Его попросили объяснить, откуда берется такой большой процент признаний арабов. «Такова их натура», — последовал ответ.
Такова и израильская законность на оккупированных территориях.
Корр.: Что за оруэлловские термины: «зона безопасности», «буферная зона»?
В Южном Ливане? Это израильская терминология, так он называет это в прессе.
Израиль вторгся в Южный Ливан в 1978 году в рамках осуществления кемп-дэвидских соглашений. С самого начала было очевидно, к каким последствиям приведут эти соглашения, а именно к развязыванию Израилю рук для нападения на Ливан и для аннексии оккупированных территорий из-за того, что Египет перестал служить сдерживающей силой.
Оккупировать и удерживать Южный Ливан Израилю помогли его приспешники. В то время эту роль исполняла милиция майора Саада Хаддада, по сути, израильские наемники. Тогда была принята резолюция Совета Безопасности № 425.
К вторжению Израиля в Ливан в 1982 году привела серия приграничных столкновений, спровоцированных самим Израилем. Организация освобождения Палестины тщательно соблюдала соглашение о прекращении огня, достигнутое при участии США, и не нарушала границу. Зато Израиль совершал тысячи провокаций, включая обстрелы гражданских позиций, пытаясь спровоцировать ООП на ответные действия и тем самым обеспечить Израилю повод для вторжения.
Любопытно, как этот период реконструировала американская журналистика. Остались одни россказни об обстрелах израильских поселений, плохо отражавшие реальность. О том годе, который предшествовал вторжению 1982 года, правды не говорилось вовсе.
А правда состояла в том, что Израиль прибегал к обстрелам и к нарушениям границы, а ООП не отвечала на провокации. Фактически ООП пыталась вести дело к договорному урегулированию. Правда о предыдущих годах тоже имела совсем небольшое сходство со стандартной картиной, что я неоднократно доказывал документами, но, конечно, без всякой пользы.