Тут я поглядела на папá и мама, соображая. Если это любовь, то я поняла, почему мужчины так не любят жениться. Наверное, папá уловил какие-то бродящие в моей голове мысли, потому что я быстро опустила глаза, чтоб он не увидел картин, царящих в моем мозгу. Я уже видела, как мама размахивается, и прекрасно поняла, чего то она вдруг краснела, когда речь переходила о их отношениях. Еще бы – так издеваться над людьми! Я еще раскрыла одну тайну – почему мужья изменяют старым каргам с молоденькими – еще бы, врезать под жопу так, чтоб он летел, может только молоденькая и крепкая, ведь женщины и так слабы. Правда, мне хотелось бы, чтоб они делали это открыто – мужикам бы это не повредило – стали слишком мерзкими и самодовольными от этого. Им нравится. Я даже представила, как разнообразные леди, молодые и старые, пинают и посылают ухажеров, и даже вздохнула, что они стыдятся делать “это” с ними открыто.
И тут меня озарило. Я испытала настоящее прозрение и вдохновение. Я вдруг поняла, почему женщины, наоборот, стремятся выйти замуж. И почему, чего я всегда не понимала, самые красивые стремятся выйти за самых мерзких козлов! Ведь гнусного козла так и хочется изо всей силы ногой! Прямо основной инстинкт! Напрягаться не надо!
Понятно теперь, почему они так смотрят на ножки и так много говорят о них. Извращенцы! И все скрывали!
Сегодняшнее открытие и разоблачение гнусной природы мужчин глубоко потрясло меня. Оно перевернуло мое мировоззрение. Отец подозрительно смотрел на меня, словно чувствуя мое отношение к мужскому полу. Надо же – всего несколько пинков, три метра полета, и принц захотел на мне жениться. Уверенный, что он меня скомпрометировал.
Гнусное положение. Я же не знала, что они так извращаются.
Но я поняла, что чего-то не понимаю, ибо никак не могла сообразить, как вылезут дети.
Мои мысли вернул к реальности голос отца, половину беседы с принцем которого я пропустила мимо ушей из-за своих напряженных мыслей:
- ...Я запрещаю вам ухаживать за Лу... – нервно говорил отец, бросая на мой мечтательный облик напряженные и опасливые взгляды и нечто подозревая о бродивших в голове нескромных мыслях. – И я не хочу вас никогда видеть в моем родном доме, вы же чуткий человек, ваша светлость... Чем дальше вы будете, тем счастливей нам... А если я вообще вас не буду видеть, то почувствую себя блаженным человеком...
- Я попрошу маму, и она обеспечит вам счастье на всю жизнь... – сказал принц. – Сибирь...
Я подняла палец вверх и поучающе сказала:
- Смысл счастья гораздо глубже!
- Я сделаю вас счастливыми, – сказал принц.
- Немедленно прекратите ухаживать за моей дочерью!!! – как-то нелепо и чуть фальшиво, но все равно взорвался отец. – Я вам отказываю навсегда, малыш! Можете не приходить, я не переменю решения!
- Я посмотрю, как вы откажите моему старшему брату, наследному принцу и самому уважаемому человеку! – злорадно сказал принц. – Когда он попросит разрешения за меня! Особенно, когда я расскажу ему про ваши картинки!!! Так его трудно было бы заманить сюда, а так он явится уже завтра сам!!!
Принц развернулся и гордо рванул прочь.
Он бегал хорошо.
Глава 16.
Я стояла и грустно смотрела.
У меня был соблазн.
Отец увидел это в моих глазах и насторожился.
У меня был соблазн догнать принца, поймать и сделать ему приятное. На пятнадцать метров. Десять раз.
Это любовь! – поняла я. Ноги чесались, особенно носок.
Человек любит полет. Почему бы ему не помочь? Когда он скроется с глаз родителей.
Я видела, что ноги у Мари тоже чесались. Соперница. Но я не гордая. Я ей тоже дам. Пусть бьет на здоровье, лишь бы мальчику было у нас в доме хорошо.
Отец что-то заподозрил.
Он что-то очень заподозрил и заволновался.
Дочери переглядывались, а это мерзко. Это приводило ко всяким недостаткам.
- Лу! – вдруг тихо сказал он. – Поклянись, что не станешь убивать принца!
Я смущенно отвернулась. Стояла на цыпочках, отворачивалась, не знала куда прятать глаза. Робкая такая. Не могу лгать папе в глаза.
Я вообще никому и никогда не лгала. Смешно, но это правда. Все мои знают мою абсолютную честность и честь. Ведь не лжет же актриса людям, когда играет на сцене. Так и шпион их не обманывала.
А может и лгала. Но ложь для сердца была болезненна, а когда я играла служанку, пажа, солдата этого мерзкого ощущения лжи на физиологическом уровне вроде бы как и не было... А может, и было... Не знаю, может это зависит от побуждений – я никогда не обманывала для личных целей, ради корысти, для себя... Война есть война... Был какой-то зазор, допуск, что ли, возможного... А если б я даже там начала обманывать ради личной корысти, ради денег, я погубила бы себя... Я бы не осталась прежней и сильной, я бы не смогла играть по настоящему, чтоб люди не чувствовали фальши... Наоборот – я от игры получала даже некоторый экстаз, но никак не от обмана. Я была актрисой... Я немного поняла... Без духа я никудышняя актриса... Мои действия были в духе...