Значит ли это, что в работе нет гармонии? Никак нет. Любая работа насыщается гармонией и таким образом становится источником энергии, — если её замысел, её интерес являются высшим смыслом человека. То есть если вы её ассимилируете, сделаете частью себя, продолжением себя, если вы станете способны, исполняя эту работу, развиваться (как вы уже поняли — перевести работу в координаты познания и игры).
Как же работа — любая работа! — становится осмысленной, интересной, становится источником энергии?
Ответ один: когда работа имеет ценность для других и наполнена смыслом для себя, тогда она порождает гармоничные предметы и явления…
Девочка помогает матери мыть посуду, потому что понимает: мать пришла с работы уставшей, без сил, и этот её маленький труд маме очень нужен. Мальчик вскапывает грядку, потому что знает: бабушке это не под силу. Старшеклассник идёт в помощники комбайнера и работает наравне со взрослыми от зари до зари, потому что второй помощник заболел, а урожай нужно собирать сегодня, завтра будет поздно.
Поняли, что ними руководит? Это оно — чувство созидания — окрашивает работу в радостные краски, это оно наполняет её смыслом, а ребёнка — дополнительной энергией. И если она есть, то ребёнок чувствует: он живёт не зря. И он счастлив.
Вундеркинд, которого запрягли в работу наперегонки со временем, лишён игры.
Он должен быть первым, его заставляют быть первым. Его заставляют стать первым. Первым — для кого? Сначала для тех, кто создаёт вундеркинда, кто в этом заинтересован, а потом — и для себя. Он доказывает, что он лучше всех, — и тем самым от остальных отделяется пропастью, проводит между собой и остальными распределительную грань.
Интересная деталь: вундеркинды, хотя и раньше других вырываются вперёд, никогда не становятся юношами-революционерами…
Что же такое наша жизнь? Это вечный конфликт нашей внутренней гармонии с внешней дисгармонией. Проще всего найти во внешней дисгармонии уютное и выгодное гнездышко — и свернуться в клубочек, затаиться в нём и ни на что больше не претендовать. Жить как улитка: не высовываясь.
Человек живой, энергичный, творческий создаётся потому, что он развивался без гонки со временем, без давления непосильных обязанностей и поэтому сберёг свою самобытность, индивидуальность и самостоятельность. Иначе он жить не может.
Если бы вундеркинд развивался в общении с другими детьми, его поражения не были бы очень трагичными эпизодами, ведь в этом случае важно совсем другое: что он старался, что он сделал свой вклад в общее дело. Но он один. И поэтому поражение (а каждый вундеркинд рано или поздно приходит к своему поражению) станет для него трагедией. И часто оно разрушает его душу навсегда.
Человек энергичный и творческий старается, несмотря ни на что, самовыразиться, значит, развиваться, вести наступление на окружающую дисгармонию. И чем масштабнее личность, тем энергичнее и смелее он это делает. Но он идёт на жертвы, делает окружающий мир лучше, гармоничнее. Зачем ему это нужно? Не ему — другим! Это и придаёт ему силу и мужество, делает его жизнь осмысленной и счастливой.
Бывшие вундеркинды на такое уже не способны. Сломавшиеся утратили бойцовские качества навсегда. То, что было разрушено у вундеркиндов в гонке со временем, делает их отчаявшимися эгоистами. А добывать первенство они способны только в том мирке, в котором стали выше других. Если мир изменяется — изменяются и ценности, и достижения вундеркинда (добытые невероятными усилиями, внезапно могут стать никому не нужными, и тогда весь его труд, вся борьба, вся жизнь утрачивают смысл).
Нет, бывшему вундеркинду необходимо, чтобы завтра было, как вчера. Чтобы ничего не изменялось. Только при таких условиях он сбережёт своё равновесие, свой успех. Только так он будет отдалять своё неминуемое поражение ещё на какое-то время — пока не станет совсем пустым.
Итак, вундеркиндами не рождаются, их создают. У нас вундеркиндство поощряется по причине незнания его сущности: педагогика не знает и молчит. Обыватель восторгается: «Господи, какой маленький, а что умеет!» Для обывателя это такая же клубничка, как цирк лилипутов.
А знает ли кто-нибудь из них, сколько часов ежедневно тянет лямку послушное дитя? Задумывался ли кто-нибудь о том, чем это существо будет жить потом, когда станет взрослым и однажды, мимоходом откроет для себя, что недавнее феноменальное умение прошло.