Незнакомая мне улица. Дерен снижает скорость, и мы останавливаемся возле одного из домов. Я отпускаю руки и снимаю шлем. Дерен помогает мне слезть с мотоцикла и ведёт за собой. Я удивлена, потому что мы идём не к двери в дом, Дерен ведёт меня в гараж. Я не задаю лишних вопросов. Мы заходим внутрь, он включает свет и даёт возможность осмотреться.
— Кто здесь живёт? — спрашиваю я.
— Это мой дом, — отвечает он, снимая куртку.
— Твой дом? Неожиданно, — я обхожу комнату. Это гараж, но, скорее всего, здесь давно не держат машины.
В углу комнаты стоит диван. На нём разбросаны подушки и одеяло. На тумбочке рядом лежат книги, зарядка для телефона и другие бытовые мелочи. Здесь довольно уютно, и этот гараж больше похож на жилую комнату.
— Почему мы тусуемся в гараже?
— Это моя обитель, — усмехаясь, отвечает Дерен.
— Твои родители дома?
— Мама. Только она.
— Где твой отец? — осторожно спрашиваю я.
— Наверное, это и есть моя правда, — говорит он. Мы присаживаемся на диван.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты хотела знать, кто я. Тебе была нужна правда о моей семье.
— Знаешь, за последнее время произошли вещи, из которых я вынесла урок: иногда лучше не знать правды.
— Я расскажу. Мне не хочется думать, что я обманываю тебя, — он смотрит прямо мне в глаза.
— Это твоя тайна. И теперь я не знаю, хочу ли её знать.
— Да. Ты сказала, что любишь меня, а я не хочу держать в неведении человека, который испытывает ко мне такие чувства.
— Продолжай, — сглотнув, отвечаю я. — Мне важно услышать правду.
— У меня была семья. Родители, Джейн, моя сестра, и я, — он отводит взгляд, но продолжает говорить. — Шесть лет назад мой отец и Джейн погибли в автомобильной аварии, — я вздыхаю и удивлённо смотрю на него. — Мама и я остались одни. Но это ещё не самое страшное.
— Что произошло? — я накрываю его ладонь своею.
— Моя мама потеряла рассудок. И это не метафора. У неё развилось психическое заболевание, и она... сошла с ума, — я не знаю, что могу ответить на это. Слёзы застилают мои глаза. — Она стала другой. Сначала это не проявлялось так рьяно, как сейчас. Иногда она срывалась, могла накричать, или же наоборот, молчать по несколько дней. Потом всё стало хуже. У неё начались припадки, истерики, частые смены настроения. Она меня пугала. Я не мог находиться рядом с ней иногда. Мне пришлось перебираться сюда, в гараж. Она может не спать по ночам. Кричать, плакать или совершать очень странные действия. Этого не понять обычному человеку.
— Её можно вылечить?
— Да. Но в нашем городе нет клиник, специализирующихся на таких заболеваниях, а в психушку я её не отдам.
— Я не ожидала такое услышать. Это... неожиданно.
— Я просто рассказал об этом. Ты не видела, что с ней происходит. Это ужасно, — он опускает голову.
— Я не жалею, что узнала об этом. Это тяжело. Теперь я понимаю, почему никто мне об этом не говорил, — я встаю с дивана и медленно расхаживаю по комнате.
— Не только потому что это секрет. Я не распространяюсь об этом. Службы социальной опеки забрали бы меня в приют, а маму упекли бы в психиатрическую больницу, где она, скорее всего, покончила бы с собой, — это шокирует меня. Я буквально чувствую его боль, и от этого становится только хуже.
— Она сейчас дома. Ведь так?
— Да, конечно. Она нигде не бывает. Она из комнаты-то очень редко выходит. Это её убежище. Порой я прихожу, говорю с ней, чтобы он знала, что не одна. Но она только смотрит перед собой, будто меня не замечает. И в такие моменты мне становится так страшно. Я чувствую, что теряю её. Но ничего не могу поделать.
— Ты не теряешь её, — я присаживаюсь на колени перед ним. — Она всё ещё твоя мама. Ей нужна помощь, и я уверена, что ты найдёшь выход.
Он смотрит на меня. Его глаза полны благодарности. От это становится тепло на душе. Я знаю, что люблю его, и это, пожалуй, единственная вещь, в которой я уверена.
— Мистер Оуэн и правда болен?
— Да. Я не знаю, почему всё именно так. Когда я узнала, мне стало не по себе. И я до сих пор с трудом в это верю.
— Почему ты не рассказала раньше?
— Я в это сама кое-как поверила. Мне было так страшно, как, в принципе, и сейчас. И я собиралась с мыслями. Даже моя мама узнала об этом вчера.