— Хорошо. Если что, я его встречу.
— И позови Джо сюда, скоро садимся обедать, — кричит мама из кухни, когда я уже поднимаюсь наверх.
Я застаю брата в комнате отца. Он из неё буквально не выходит, проводя здесь каждую свободную минуту.
— Чем вы тут занимаетесь? — спрашиваю я, проходя в комнату.
— Да ничем особенным, просто сидим, — отвечает Джо.
— Ты что-то хотела? — спрашивает отец с тревогой в глазах.
— Нет-нет, всё хорошо. Скоро придёт работник из хосписа, мама просила предупредить.
— Хорошо. Я помню, — кивает папа.
— А ты, Джо, поторапливайся вниз, мама ждёт тебя на обед.
— Надеюсь, она приготовила ни один из своих супов.
Мы с папой тихо смеемся, наблюдая за Джо, который покидает комнату.
— Он не забыл их вкус, — говорю я.
— Она научилась готовить?
— Не думаю. Ей редко удаётся готовить дома. Она круглыми сутками на работе, постоянные завалы.
— Сколько помню её, никогда она не была карьеристкой.
— Последние годы она стала более занятой. Сейчас трудится над одним проектом, довольно перспективным.
— Который поможет вам перебраться в Сиэтл?
— Да.
Отец кивает в ответ и сохраняет молчание. Я не знаю, что ещё могу сказать, поэтому оставляю его одного. Мне остаётся только спуститься вниз и дождаться работника
— Я могу приехать к тебе сегодня? — спрашивает Дерен сразу же после того, как я принимаю вызов.
— Да, я буду дома, — он что-то бормочет в ответ. — Что-то случилось? С миссис Маллиган всё в порядке?
— Да-да, с ней всё хорошо. Я просто хочу увидеть тебя скорее. Даже есть хорошие новости, но хочу сказать их тебе лично.
— Ты меня заинтриговал.
— Хорошо. Я приеду ближе к вечеру.
— Люблю тебя.
— И я тебя, Рэйчел.
С улыбкой на лице я смотрю на телефон и ещё некоторое время прихожу в себя.
Раньше мне казалось, что чувство влюбленности, эйфории, бабочек в животе не существует. Что это придумали те, кому нужно чувствовать себя особенными. Но я убедилась в обратном. Дерен показал, как бывает, когда ты сначала влюбляешься, а потом резко падаешь в любовь. Так было со мной. Меня зацепило что-то незначительное в Дерене, и я подумала, что это влюбленность, пока не поняла, что люблю его всем сердцем. Такое бывает, и, наверное, теперь я не жалею ни об одном моменте своей жизни. Ведь каждый из них поспособствовал нашей с ним встречи.
Я хотела поговорить с Джо. В последнее время с ним было всё хорошо. Он почти не грустил, я замечала его с улыбкой на лице, когда он общался с отцом или рассказывал нам с мамой о чём-нибудь. И это меня настораживало. Может быть, прозвучит странно, но меня пугало то, что брат никак себя не проявлял.
После обеда я позвала Джо в гостиную. Мы сели на диван, удобно разместившись на мягких подушках. Я включила телевизор и радио, чтобы ничего не мешало нам говорить.
— О чём мы говорим? — спросил брат, и меня передёрнуло от его наивности и беспечности.
— Просто. Мы с тобой давно не говорили. Разве тебе нечего мне рассказать?
— Мы живём в одном доме, — брат вопросительно выгнул бровь. — И раньше ты никогда такого не делала.
— Вот именно, раньше. Сейчас многое изменилось. Я просто хочу быть уверена, что с тобой всё в порядке.
— Это из-за папы?
— Наверное. Я понимаю, как тяжело тебе было принять такую новость.
— На самом деле, я хорошо провожу с ним время. И пока мне этого достаточно.
— Ты должен быть готов отпустить его, если придётся.
— Не думаю, что хоть кто-то из нас сможет это сделать. Но я готов к тому, что он уйдёт. Мы говорили с ним об этом, — брат тяжело вздыхает.
— Знаешь, меня посещать похожая мысль. Иногда я боюсь проснуться и узнать, что он умер. Меня пугает то, что я не успею побыть с ним достаточное время. Не успею сделать для него что-то важное.
— Ты простила его. И это многое значит.
— Ты такой мудрый, — я погладила брата по голове, разлохматив волосы рукой.
— Да, я такой.
Мы тихо засмеялись, повалившись на мягкие подушки.
Я подхожу к двери, чтобы посмотреть, кто пришёл. Но я уже догадываюсь, кого увижу. Как только я открываю дверь, встречаюсь в взглядом с Дереном. Я не видела его пару дней, но уже успела жутко соскучиться.
— Привет, — тихо говорю я, пропуская его внутрь.
— Как же я долго ждал нашей встречи, — каким-то особенным голосом произносит он, увлекая меня в свои объятья.