Но и это ещё не всё. Помимо всех означенных выше действующих лиц в комнате находился хлыщ пижонистого вида. Белая тонкая сорочка с золотой вышивкой, кожаные бриджи, будто под него шились. Хотя так оно, скорее всего и было. Расшитый драгоценными камнями пояс. Не силён в ювелирке, но вроде бы это рубины, причём достаточно крупные. Сапоги охотничьи со шпорами. Даже по виду можно было сказать, что сделаны они из какой-то ну очень дорогой кожи. Дублет. Тоже на вид дорогой, с золотыми пуговицами. К поясу пристёгнута шпага в дорогих ножнах. В общем всё было дорого, сидело идеально и подобрано со вкусом. Вот снова не понятно, это сущность баронессы или моя? Наверное, её. А в руках этот щёголь вертел странный амулет. Брезгливо посмотрев на Бьёрна, который до сих пор не мог прийти в себя, с лёгким удивлением – на обороняющегося Сепала, этот тип двинул ко мне.
А я что? Мне не убежать. Так что я занимался делом – творил первое в моей жизни колдунство. Надеюсь, что великое. Энергии было разлито в пространстве ну просто море! Особенно хорошо мне давалась работа с пепельно-чёрными шарообразными сгустками, серебристыми нитями и багровыми каплями. Ещё с зеленоватым светом, но его было не так уж и много. Как раз хватало на то, чтобы скреплять получающуюся конструкцию. Так. А если эту нить сюда зафигачить? Не получится? А вот так? Какой ещё ограничитель?! Понял, это память баронессы орёт, что там ещё как-то что-то где-то ограничить нужно. Не до этого мне сейчас. Работает? Ну и отлично. Как говорил наш препод по программированию: «Если оно работает, то больше руки свои не суй. Займись чем-нибудь ещё». И вообще, помирать так с музыкой. Хоть разок в своей короткой жизни помагичу.
Так, вроде бы закончил. Рука словно ватная. Голова раскалывается. Что-то тёплое и по вкусу солёное льётся прямо из глаз, из ушей, кстати тоже. Тело ломит. Кажется, что меня всего изнутри выворачивает, превращая в фарш. Но по наитию понимаю, что осталось всего один раз рукой провести вот так и вот так. Осознал я, прочувствовал казавшиеся до этого нелепыми, движения рук старого мага. Так энергией оперировать проще. Ну типа как на планшете пальчиком окна или иконки перетаскиваешь, размеры меняешь или громкость/яркость увеличиваешь/уменьшаешь. И язык этот непонятный в памяти всплыл. Баронессе он с трудом давался. И служил этот язык ничем иным, как активатором. Только я не совсем понял, чего – энергии, формы, объединения? Или просто роль спусковухи играл?
А была, не была. Колдую. Хлыщ даже что-то вякнуть попытался, а потом глазками по комнате забегал в изумлении. Именно это выражение лица на нём и застыло. Навечно. Я-то думал, что может как скастую чего, да каак жахнет. Оно и жахнуло. Только так, что никто не ожидал. Включая Сепала и меня самого. Сначала я услышал звуковые эффекты моего заклятья – нарастающий вой, будто сверхзвуковой самолёт вот-вот опередит скорость звука. Затем всё резко потемнело. И чётко за моей спиной прямо из воздуха соткался гигантский такой серп. Этого я не видел, а скорее чувствовал.
Серп размером со всю комнату, даже, наверное, больше. Матово-чёрного цвета в окружении ярко-серебристой ауры и весь словно заляпанный каплями крови. Звук никуда не исчез. Наоборот, нарастал. А затем этот серп прошёлся… эээ… серпом по комнате, простите за неуклюжий каламбур. Сначала напополам разрубило щёголя. Вокруг него на мгновение полыхнула голубоватая плёнка, но это его не спасло. Затем разрубило огра. Вот тут ваще жестоко получилось. Если хлыща распополамило на уровне чуть ниже грудной клетки, то огру просто отрезало… в общем огра разрезало значительно выше колен, но конкретно ниже пупка. К оглушительному вою заклятья прибавился не менее оглушительный рёв обиженного огра. Прости, мужик, и поверь, я как никто другой тебя вот сейчас понимаю. Покойся с миром. Одна их кровавых капель, соскользнула с чёрной поверхности серпа и попала на зеленокожего. И всё. Эффект был такой, словно на него полбочки соляной кислоты вылили. Биомусор, до этого тыкавший копьями в мага, сдох моментально и кроваво. Дольше продержался чародей, который с посохом и в балахоне. Секунды полторы, наверное. Видно, посох был непростым. А спустя эти полторы секунды две половинки, бывшие когда-то грозным оружием колдуна, упали ему под ноги. Спустя ещё несколько мгновений две ровных половинки самого колдуна упали поверх деревяшек.