Грозный подходит к столу, берет бутылку и наливает в стакан самогону. Опорожняет его одним духом. От лежащей рядом буханки хлеба отламывает кусочек корки.
Доктор, не дождавшись ответа, возмущенно продолжает:
— Если вас откроют, начнется схватка, деревня запылает… Ты об этом подумал?..
— Не горячись! — отвечает Грозный. — Я подумал обо всем…
— Ну зачем, черт побери, ты притащил с собой банду?!
Лицо Грозного хмурится. Он перестает жевать хлеб. После напряженного и тягостного молчания тихо отчеканивает:
— Не банду, мой друг! Только не банду! Запомни это раз и навсегда и не употребляй больше этого выражения…
— Все равно, как их ни называй, — порывисто отвечает доктор. — Факт, что ты их сюда привел. Это самое худшее, что ты мог сделать…
Грозный снова достает бутылку.
— У меня не было другого выхода, — объясняет он усталым голосом. — Где-то надо было приткнуться. Едва удалось вырваться из окружения. Я потерял восемь человек. Один тяжело ранен. Несколько дней ни у кого из нас не было во рту ничего горячего. Мы не спали уже двое суток. Люди падают от усталости. Ты понял? Я должен поставить их на ноги. Иначе они выйдут из строя…
— Здесь вас накроют, и очень скоро.
— Ты ошибаешься, — отвечает Грозный. — За нами будут охотиться всюду, но им не придет в голову искать нас именно тут. На главной магистрали…
— Это очень рискованно…
Грозный молча кивает головой. Достает пачку сигарет.
— У вас здесь пэпээровцы есть? — спрашивает он вроде бы равнодушно.
Доктор впивается пытливым взглядом в Грозного, в глазах его затаился страх.
— А в чем дело?
— Значит, есть?
Антоний лежит на краю деревни, укрывшись за деревянным забором. Он наблюдает за шоссе, по которому снуют люди Чайки. Видит, как они занимают позиции в придорожном кустарнике. По двое с каждой стороны. У них ручные пулеметы. Когда они наконец обосновались в кустарнике, остальные во главе с командиром вяло двинулись к деревне.
Антоний в раздумье оглядывает раскинувшееся перед ним открытое пространство. С этой стороны у него также отрезан путь к бегству. При звуке шагов он резко оборачивается. Щелкает курком взводимого пистолета. Испуганный крестьянин, проходивший мимо его укрытия, отскакивает за ствол ближайшего дерева.
— Ах, это вы, Лосось! — говорит Антоний со вздохом облегчения. — Хорошо, что я вас встретил…
Лосось, плотный мужик с суровым загорелым лицом, осторожно вылезает из-за дерева.
— Удирайте, в деревню бандиты вступают…
— Здесь я не пройду…
Лосось приближается к ограде и смотрит на дорогу.
— Ах, сволочи! — восклицает он не без восхищения. — Уже перекрыли! Что же теперича будет?!
— Может, в вашем хозяйстве найдется какое-нибудь укромное местечко?
— И не говори мне об этом! Хозяйство у меня малое. Даже куренка негде спрятать… Что ты?.. Разве не знаешь?..
— Убьют они меня!
— А пошто тебе была политика? Говорил я тебе, ничего в ней нет путного… Дак тебе власти захотелось… Дали тебе ливольвер, ну вот и влип…
— Посоветуйте, ежели сами не можете помочь.
— Оно верно, — соглашается Лосось с облегчением. — Чего попусту языком молоть… Иди к Рыцынусу, может, у него куда приткнешься… Но мигом, пока есть время…
— Возле вашего двора их нет?
— Нет, я только что их на площади видел. Там, видно, сбор у них…
Они стоят на площади, возле корчмы, с винтовками у ног. Впереди, рядом с Чайкой, построенные в две шеренги люди Фабиана, чуть поодаль — взводы Дзика и Вятра. Грозный поспешно проверяет отряд, после чего резким, не терпящим возражений голосом приказывает:
— Ваша задача — прочесать деревню. Вдоль и поперек. Не пропустить ни одной хаты. Пэпээровцев привести ко мне. Подозрительных также. Командный пункт будет в корчме.
— Будет исполнено! — козыряет Фабиан.
— Ну так марш! И ничего такого. Понятно?!
И они тотчас, с гиканьем и свистом, направляются к ближайшим домам.
Корчмарь снимает с полок последние бутылки с водкой и вином и в спешке прячет их в подсобный шкафчик. Грозный входит в корчму, полки уже прибраны, а хозяин заведения трясущимися от волнения руками сворачивает цигарку. Грозный подходит к стойке, тяжело на нее опирается, быстрым взглядом окидывает пустые полки, после чего обращается к корчмарю: