конечно, кто-то, прочитав все это, скажет, что я параноик и все описанное – лишь совпадение
и не надо делать поспешных выводов
и вообще
может, и так
но я пока внятного ответа на свои вопросы так и не получил
На следующий день после того, как меня выписали из реанимации, и я приходил в себя в палате, пришла смс с номера +7 910 138 0545: «Pasha ia na trasse popal v avariu moi telefon ne lovit. pojaluista srochno poloji na etot nomer 200 rub.eto mts ne mogu vizvat strahovshikov i sk#%&#>». Насколько мне известно, таким образом время от времени пытаются «развести» почти всех, было это не раз и со мной – на обоих номерах, Билайн и МТС. Правда, тут несколько удивило, что мошенникам известен не только мой номер, но и мое имя. Я уже достаточно хорошо, отойдя от наркоза, соображал, чтобы сразу понять, что к чему. Отшутился ответной смской, мол, сейчас положу, и ему, и тебе, не вопрос, только не уезжай далеко, сейчас все будет. И забыл. На всякий случай сохранив смс с номером отправителя.
А в день операции, когда для меня все почти уже закончилось и через полчаса меня перевели в реанимацию, моему отцу позвонили «хриплым голосом», представившись мной. Голос был не очень похож, но говорил он мало и быстро: «Отец, я в милиции, меня взяли с наркотиками, нужны деньги, чтобы откупиться».
Дальше трубку взял «сотрудник милиции», который объяснил, что говорить «я» больше не могу, что меня взяли с наркотиками – какими не уточнял и что для моего освобождения и снятия всех обвинений нужно 30 000 рублей.
У отца в голове, как и у многих, прокрутились разные картины: как могут подкинуть пакетик при обыске машины или личном досмотре, как могут отлупить в отделении и сделать инвалидом, в общем, много чего прокрутилось. Он пытался тянуть время и выспрашивать детали. «Сотрудник» же упирал на безвыходность моего положения и легкость, с которой можно ее разрешить.
Отделение назвать отказался, свое звание и фамилию – тоже. Зато почти сразу предложил встретиться «через часик» в торговом центре недалеко от дома отца. И обещал перезвонить.
Думаю, представить состояние человека после такого звонка несложно. И все же отцу пришла в голову одна мысль, вызвавшая серьезное сомнение: почему так дешево? Наркотики – дело серьезное, это понятно даже ему, далекому от наркоиндустрии и потребляющей среды. Но то, что откуп в таком случае измерялся бы другими суммами, было для него очевидно. Он позвонил мне – «абонент не отвечает или временно недоступен» (телефон лежал выключенный в тумбочке и ждал моего возвращения).
И да, про операцию отец не знал. По тем же причинам, по которым не знал никто, не посещающий мой сайт и не читающий мой ЖЖ.
Он уже готов был достать деньги и бежать на встречу, когда вспомнил, что у него есть телефон моей жены. Он позвонил и спросил, знает ли она, где я. Женя ответила, что я на операции. Отец не мог поверить и переспросил, уверена ли она. Женя подтвердила, что других вариантов быть не может.
Пока отец раздумывал, где взять деньги, те же существа позвонили его жене и сообщили, что мой номер изменился и что звонить мне, если что, надо по другому номеру. Она не растерялась и просто позвонила в милицию.
Моей сестре прислали смс о том, что «номер Павлика поменялся». Правда, на тот момент ее уже предупредили, чтобы на незнакомые номера не отвечала ни звонками, ни смс.
Существа звонили и на домашний отца, уточнить место и время встречи. Упирали на то, что все произойдет быстро, меня тут же отпустят.
Сотрудники в штатском (настоящие) на тот момент уже были у отца дома. Предложили взять существ с поличным при условии, что отец или его жена побудут приманкой. Далее семье отца пришлось бы давать показания со всеми вытекающими отсюда последствиями. Понятно, что они отказались.
Отец сказал, что когда после этого пришел на работу, то просто разрыдался от того напряжения, в котором провел первую половину дня. Пока он рассказывал мне это, он так разволновался, что я просил его успокоиться, просил внимательнее смотреть на дорогу или хотя бы сбросить скорость…
…А через два дня, судя по всему, те же существа прислали мне ту самую смс «Паша, брось денег, я на трассе». То есть, не «разведя» отца, решили отыграть данные хоть как-то и попытались «развести» меня. Чего добру пропадать, собственно.