Катя нелепо взмахнула руками в воздухе (сумка безвольно сползла с ее плеча и упала) и стала медленно заваливаться на бок, уплывая в черную непрозрачную ночь иссиня-черного цвета…
Когда она неподвижно застыла на мерзлой земле, тень склонилась над ней, пристально всматриваясь в лицо с широко раскрытыми в пустоту глазами. Дрожащие руки неуверенно обшарили распростертое тело.
Вдалеке послышались негромкие голоса и чей-то заливистый смех.
Тень взметнулась, напряженно всматриваясь в фиолетовую ночь, потом осторожно переступила лежащее на мерзлой земле тело и исчезла, бесследно растворившись в фиолетовом сумраке.
Веселый смех звучал все ближе и ближе…
Глава 13
С самого утра весь Славгород бурлил как кипящий котел. Последнюю страшную новость передавали, как эстафетную палочку, из уст в уста. Милиция стояла на ушах. В эту ночь Сухоручко спать не ложился — то отдавал бестолковые приказания ошалелым сержантам, то принимал нагоняй от своего начальства.
Содержание новости было страшным: в лесополосе возле станции нашли мертвую девушку, Катю Новикову, дочку продавщицы из овощного магазина и истопника городской ТЭЦ. Еще страшнее были подробности, которые сопровождали это известие. Каждый распространитель этой страшной новости старался добавить от себя какую-нибудь особенно выразительную и впечатляющую деталь, которая могла бы усугубить и без того тяжелое впечатление. Так, некоторые авторитетно утверждали, что девушке выкололи глаза, потому что в них, как на фотографическом портрете, запечатлелась личность убийцы. Другие в один голос твердили, что убийство — дело рук банды торговцев кавказской национальности с пристанционного рынка, которые сначала изнасиловали девушку, а потом удушили ее, чтобы она их не выдала. Третьи уверенно заявляли, что девушка была убита в одном из богатых домов развеселыми юнцами, а потом ее просто вывезли на машине и бросили в лесу.
По месту трагедии целый день бродили орды любопытных, и все те следы, которые милиция не успела огородить и зафиксировать документально, были безвозвратно затоптаны, а вещи, могущие быть уликами, бесследно исчезли с места преступления. За короткий промежуток времени здесь побывал весь город.
Были опрошены пассажиры электрички, в которой возвращалась погибшая, но многие из них не могли толком ничего сообщить. Кто девушку не заметил, а кто и заметил, да не увидел в ее поведении ничего необычного.
К вечеру второго дня был задержан Александр Васин, жених убитой. Он сообщил следствию, что утром у него с Катей Новиковой возникли разногласия на почве личных отношений, которые закончились ссорой, после чего они расстались и более в тот день не виделись. По заключению медэкспертов смерть потерпевшей наступила около девяти часов вечера, а где был Саня в девять часов вечера, с достоверностью установить не удалось. Он утверждал, что дома, но никто не мог засвидетельствовать его алиби — его мать работала в котельной и в вечер трагедии была на дежурстве.
Гибель девушки казалась горожанам событием чрезвычайным и почти невероятным. Возле магазинов, чернея как вороны на снегу, собирались кучки людей и опасливым шепотком обсуждали случившееся. Общественное мнение сходилось к тому, что во всем виновата милиция. Милиция же непрерывно патрулировала улицы, хватала всех, кого ни попадя, и волокла в кутузку. В рекордно короткие сроки были выловлены три залетных бомжа, цыган с местной автозаправки и еще несколько подозрительных личностей южного вида, неизвестно зачем прибывшие в Славгород. Все они в один голос утверждали, что ничего знать не знают и ведать не ведают, но это не освобождало их от ответственности.
У погибшей девушки нашли в сумке кошелек с деньгами, следовательно, это не было банальное ограбление. Отрицательный ответ судмедэкспертизы на вопрос об изнасиловании и отсутствие каких бы то ни было телесных повреждений, кроме следов удушения, также порождали массу вопросов. В первые же часы своего существования «следствие зашло в тупик». Выхода из этого тупика не просматривалось.
Дела мои чем дальше, тем шли, по-видимому, хуже. В том смысле, что они ни на йоту не продвигались вперед. Никто из обитателей особняка с видом на реку не стремился посвящать меня ни в семейные, ни в какие-либо иные тайны. Мною никто, в том числе и хозяин дома, не интересовался (Стасик не в счет, дай ему волю, он целыми днями торчал бы в моей комнате, точно муха, попавшая в блюдце с медом). Я жила в особняке, точно лесник на своей таежной заимке, слушая лишь голоса зверей (собака Стеффи) и птиц (местные вороны), не видя человеческого лица (псевдо-Крупская не в счет) и никого не интересуя.