– А ну прекрати! – рявкнул на него Крайс, но едва ли Блаженного это остановило.
– УБИЙЦЫ-Ы-Ы-Ы! – продолжает вопить он. – Монстры! ВЫ МОНСТРЫ! ВЫ ОБА МОНСТРЫ!
Я злюсь всё больше, но эмоции застревают глубоко внутри. Не в силах более смотреть на Блаженного я невольно опускаю взгляд и… «Розовое свечение». Оно пропало! Пятна не светятся вовсе. Этого просто не может быть! Не может… Всё звуки вокруг резко стихают, голова идёт кругом. Я отказываюсь в это верить. Никогда такого не бывало. Пятна в любом случае должны светится, иначе и быть не может.
– Убийцы… – Блаженный начинает плакать. – Бедное животное… Бедный барс… Убили…
– Всё, – рявкнул Крайс, – с меня хватит. Встал, – обращается он к Блаженному.
– Убийцы, – снова говорит он и отворачивается.
– Вста-а-а-а-л! – проорал Крайс и снял винтовку с плеча. – Живо!
Повернувшись к охотнику, замечаю, что он, тяжело дыша, держит Блаженного на прицеле. Крайс не в себе… Осознав это, я сделал несколько шагов назад и замер.
– Ну! – снова кричит он.
Блаженный не реагирует. Тогда Охотник подходит ближе и ногой отталкивает его от трупа животного. Блаженный тут же падает на землю и пятится назад.
– Свалил отсюда! – продолжает давить Крайс.
– Вам это вернётся, обязательно в-в-вернётся… – дрожащим голосом, проговаривает Блаженный. – Вот ув… увидите.
– Заткнись! – послышался щелчок предохранителя, но на Блаженного это не подействовало.
– Вам аукнется это… – он встаёт на ноги и, сутулясь, продолжает сверлить нас взглядом. – Вернётся… дедушка говорил… говорил… увидите… УВИДИТЕ! – прокричал он.
– Успокоился? – наконец я нашёл в себе силы обратится к Блаженному. – Давай поговорим.
Только я сделал шаг к нему, как он повернулся к нам спиной и побрёл прочь. Я попытался ускорить шаг, но споткнулся о мёртвого барса и рухнул на землю. Подняв голову и увидев Блаженного, понимаю, что мне его уже не догнать. Он отдаляется от нас, наращивая скорость. Вскоре его силуэт окончательно растворяется в тумане.
Поднимаюсь и поворачиваюсь к Крайсу. Он, замерев, смотрит вслед уже ушедшему далеко Блаженному, не обращая на меня ни малейшего внимания. Опускаю взгляд на тело животного и убеждаюсь в том, что «Розовое свечение» действительно пропало. Теперь понять, что под ногами лежит неоновый, а не обычный барс представляется возможным только осмотрев его зубы.
– Тебе хоть раз приходилось убивать человека? —нарушает тишину Крайс.
– Н… нет, – растерянно отвечаю я.
– И мне не приходилось, – говорит он и поворачивается ко мне.
– Тогда к-к к чему этот вопрос?
– Сегодня я понял, что чувствуешь, когда убиваешь, – сухо отвечает Крайс, – когда забираешь его душу или как там… Не важно.
– Я могу приступить к сбору данных? – спрашиваю я, чтобы поскорее покончить со всем этим.
– Да, – ответил Крайс и сел на корточки.
Опускаюсь на колени и снимаю с плеч рюкзак, ставлю его рядом с барсом и достаю оттуда прибор. Активирую его и начинаю сопрягать с КПК. Соединение стабильно, задержка колеблется сигнала не превышает 0,3 секунды. Оголив иглу, ввожу её под шкуру барса, в районе шеи, перевожу взгляд на КПК и начинаю наблюдать за работой программы по сбору и анализу данных.
Через несколько минут на экране появляется заключение, не содержащее в себе ничего необычного, за исключением нескольких строк: «…эмоциональное состояние животного в момент смерти не определено. Недостаточно данных».
Эпилог
Меня вызывает к себе старший научный сотрудник И. М. Берряев. Перевожу компьютер в спящий режим и покидаю кабинет. Быстрым шагом миную коридор и оказываюсь в пустом, будто специально поджидающем меня, лифте. Кабина начинает движение вверх. Я отворачиваюсь к прозрачным стенкам и всматриваюсь вдаль, стараясь отогнать не относящиеся к встрече мысли.
Сразу после остановки выхожу в коридор и, не оглядываясь по сторонам, иду к нужному кабинету.
– Здравствуйте, – говорю я, проходя внутрь, – вы хотели меня видеть.
– Здравствуйте, Тимаат, здравствуйте, – приветливо улыбается Иммануил Милтов, – проходите.
Мы жмём руки, после чего я занимаю свободный, стоящий напротив стола, стул.
– Я ознакомился с результатами ваших исследований и собранными вами материалами, – говорит он. – Признаюсь, приятно удивлён. Вы первый человек, подобравшийся к разгадке феномена «Розового свечения» настолько близко.
– Но я всё же не разгадал его… – замечаю я.
– Это не имеет значения, – прерывает меня Берряев. – Вы смогли провести анализ данных барса, застреленного во время того, как его пятна были окрашены в розовый. Верно?