– Ха, кто же это тебе такое рассказал? – спрашивает папа, после суёт в рот тростинку, потом ещё одну.
– Старик рассказал, он сказал, что с плато пришёл, у него ещё нога железная, он говорил, что корабль упал, а там на корабле рыба была! Точнее не рыба, а штука, которую рыба съела, а штука желания исправляет… Ой, то есть исполняет!
– Тише-тише, – папа покачал меня на коленях, – не тараторь, это плохая привычка, ты аж задыхаешься. Выдохни и скажи спокойно.
– Я уже всё рассказал! – снова громко вырывается у меня. – Скажи это правда? Правда?
С папиного лица будто сама-собой уплыла улыбка. Он, смотря на меня, пытался её удержать, но она всё уходила и уходила, пока не исчезла. На её место пришло выражение усталости, глаза еле держатся открытыми, а губы совсем не слушаются. Я такое у мамы видел, когда она сильно задерживалась на работе.
– Папа-а-а-а? – я трясу его за руку. – Мама сказала про это у тебя спросить.
Он ничего не говорит, лишь берёт новую тростинку и начинает медленно её жевать. Я перестал его трогать и стал за ним наблюдать. Папа съедает одну, потом ещё и ещё пока не съедает весь приготовленный для него ужин. После он запивает всё водой и оглядывается к прозрачному пакету, в котором лежит рыбий хвост и другие её косточки, большие и маленькие.
– Это правда, – наконец отвечает папа.
– Правда?! Всё-всё правда?
– Всё-всё правда, – говорит он и поворачивается ко мне. Он кажется совсем грустным. – И, что корабль упал и что на нём было нечто, исполняющее желание.
– И тарелка, которая интернет принимает – это тоже часть корабля была?
– Да, сынок, это тоже часть корабля, – папа едва улыбается.
– И рыба, значит, правда! Правда же? Рыба эту штуку съела? Да, пап?
Он молча кивнул и ссадил меня с коленей.
– А почему вы мне не рассказывали? – спрашиваю я, запрыгнув на стул рядом. – Почему не рассказывали?
Папа смотрит на меня, потом снова на мешок с тем, что осталось от рыбы, затем, вздохнув и протерев мне в глаза, медленно говорит:
– Потому что незачем голову этим забивать. Лучше про учёбу думать, на учёбе сосредоточится.
– Но я думаю, думаю же! И учусь я хорошо, у меня только по математике не всегда хорошо, а остальное всегда-всегда!
– Так держать, сын! – отец мягко толкает меня кулаком в плечо и наконец немного улыбается.
– Пап, ну скажи, почему ты про рыбу мне не рассказывал! Вдруг бы я поймал её, как принёс бы домой и мы бы сразу всё, что захотели бы то и получили!
Папа молча смотрит на меня и то улыбается, то становится каким-то серьёзным, а я всё спрашиваю и спрашиваю.
– Ну па-а-ап!
– А потому что не исполняет она желаний, сынок. Эта рыба только несчастья приносит. И тому, кто её поймал, и тем, кто был рядом.
– Но старик говорил, что там написано было…! Написано, что штука космическая желания исполняет, а её же рыба съела! Это правда же? Правда, что так было написано?
– Так говорят, – отец встаёт из-за стола и подходит к кувшину.
– Тогда почему рыба плохая?
– Я не говорил, что она плохая, – налив воды в стакан, отец возвращается за стол.
– Но ты же сказал, что она несчастья приносит, а желания не исполняет!
– Послушай, она не плохая и не хорошая, это просто рыба, которая заглотила инопланетный артефакт, исполняющий желания. Она сама по себе не приносит вреда или пользы, как и артефакт внутри неё, но тем не менее из-за этой рыбы одни несчастья.
– То есть если её поймать можно исполнить желание?
– Можно, – ухмыльнулся папа.
– Тогда почему ты говоришь, что от неё одни несчастья? Она же желания может исполнять! Может же, так?!
Папа допивает воду и, поставив стакан на стол, говорит:
– Пойдём спать.
– Но пап! Скажи почему?
– Потому что уже поздно, а завтра снова рано вставать мне и тебе.
– Но пап, я не про это! – смеюсь я.
– А я про это, – улыбнувшись, папа подмигнул мне. – Давай-давай, без лишних вопросов, шуруй спать.
– А ты? – недоумеваю я.
– И я тоже! – говорит он и встаёт из-за стола. – Пойдём.
– Пап, а что ты мне про чудо-рыбу ещё можешь рассказать? – догнав его, спрашиваю я.
– Чудо рыбу? – усмехнулся он. – Ты её так называешь?
– Угу… – быстро пробормотал я и продолжил спрашивать своё: – Ну так что, пап? Что ты ещё знаешь?
– Ничего, кроме того, что сейчас нужно идти спать, – папа делает голос тише, когда мы подходим к жилой комнате. – В другой раз продолжим этот разговор. – Шёпотом добавляет он.
– Но, когда в другой раз? – не могу понять я.
– В другой раз, значит в другой раз, – отвечает он. – Всё, ложись в кровать.
– Ладно, – совсем не хотя, соглашаюсь я, – спокойной ночи.
– Спокойной ночи, сынок, – говорит папа и ложится в кровать.