«Я вас потеряю, так и не успев обрести…» - зажмурилась я, не в силах наблюдать: как черную касьяру отбросило воздушным потоком, и она влетела в ствол дерева. Я ощутила: что зверь жив, но в нем едва теплилась жизнь… Я бы могла его магией подлатать, вот только нет ее во мне совсем – не брать же ее у фамильяров, они и без того сражаются изо всех сил…
«Всех сил…» - промелькнула мысль, и я перевела взгляд на скелета-монстра. Ведь в нем и мои силы, те крупицы: что успели накопиться во мне благодаря зельям лекарей – то есть в каком-то роде он и мой фамильяр. Вот только в отличие от некроманта я не умею управлять мертвым существом. «Но ведь я могу вытянуть из него силу!!!» - наконец-то осенило меня.
Поднявшись с земли, я глубоко вдохнула и прикрыла глаза. Я вспомнила все ощущения, когда вытягивала жизненные силы из несчастных животных и сосредоточилась на создании потрошителя. А уже через минуту я едва устояла на ногах: так как в меня хлынул такой поток магии, что мне казалось: будто меня сейчас разорвет. Я стала переливать магию в своих защитников, насыщая их до упора. Когда я и сама максимально восполнила резерв, то поняла: что не слышу абсолютно никаких звуков. Я распахнула глаза…
В нескольких метрах от меня стояла четверка просто огромных фамильяров, которые в холке были мне по грудь: черная и белая касьяры и золотистая и бордовая мантикоры. Их пасти были окрашены кровью, а перед ними лежало обезображенное тело потрошителя. В паре шагов от угрожающего вида магических созданий была горка костей. Мой взгляд заметался и нашел… Закусив губу, со слезами на глазах я бегом бросилась к мужу.
Я запрыгнула на Воланда, обхватывая его руками и ногами. Он подхватил меня и прижал к своему телу с такой силой: что полноценный вдох был мне не доступен. Я впилась поцелуем в губы любимого дракона, и он с не меньшим неистовством ответил мне. Сейчас для меня не существовало больше ничего: лишь мой мужчина. Сзади по моей спине скребла передними лапами Снежка. Меня накрыло целой лавиной эмоций от моих фамильяров: облегчением, благодарностью, преданностью и любовью… Когда мне стало не хватать воздуха, я прервала поцелуй и уткнулась носом в шею Воланда, спрятавшись на его груди от всего мира.
- Кали? – услышала я вопросительный голос Кристиана.
- Не сейчас. Ей необходимо придти в себя, - спокойно ответил за меня мой дракон и куда-то меня понес.
Вскоре я услышала шум воды и подняла голову, осматриваясь через плечо Вола. За нами шла Снежка, а в нескольких метрах от нее по пятам следовала троица новоприобретенных питомцев. «Странно… почему они не подходят ближе: как моя белоснежная кошка? Я же так же их ощущаю, как и ее» - раздумывала я над главными принципами привязки фамильяра: запечатление, притяжение, познание, присвоение, признание, узы. «Так вы еще не до конца мои!» - на этой мысли Воланд остановился и опустил меня на землю.
Мы оказались на берегу реки с водопадом, в которой совсем недавно купались с ним в компании Криса. Дракон намочил свою руку, а затем провел мокрой ладонью по моему лбу. Слова были не нужны, я видела в его глазах немые вопросы, тревогу и беспокойство.
- Снежка, - позвала я касьяру, протягивая ей запястье.
Кошка легонько прокусила тонкую кожу, а я поморщилась от дискомфорта – но мне было необходимо завершить привязку остальных. Я ощущала их растерянность: они не могли определиться уходить или оставаться со мной рядом. Слегка дернув рукой, я высвободила конечность из захвата белоснежной касьяры и перевела взгляд на черную. Прислушалась к эмоциям зверя, к нему самому: кто он, каков?
- Мрак, - назвала я и позвала черныша.
Осторожно и медленно он приблизился, принюхиваясь к моему раненному запястью, а затем слегка прикусил, повторяя действия Снежки. Воспользовавшись близостью животного, я наложила на нас нерушимые узы. Затем также дернула руку на себя, прерывая кормление, и обратила внимание на мантикор. Какие же они были красивые: с гривой льва, крыльями драконов и длинными хвостами с жалами на концах. Зверь цвета темного вина оказался мальчиком.