- Аааа!!!
Дракон одной рукой удерживал меня за бедро, а ладонью другой накрыл мою грудь, сжимая между пальцами сосок. Воланд словно с цепи сорвался, яростно вколачиваясь в меня сзади. Чтобы устоять на ногах, мне пришлось руками опереться о мокрую каменную стену. Это было какое-то сумасшествие: он как будто наказывал меня за мои дерзкие слова… или себя за то: что признался… Не успев отойти от первой разрядки, все еще яркие ощущения перекликались во мне с неизбежным приближением ко второй. Я больше не стонала - я кричала, сгорая в этой страстной агонии. Едва я почувствовала взрыв новой волны экстаза, как ощутила: что и мужчина последовал за мной, изливаясь и замирая.
- Только если продашь… - прохрипела я, пытаясь отдышаться. – Сама я не уйду от тебя, не надейся… - наконец-то могла ответить я на слова супруга.
Воланд вышел из меня и развернул к себе лицом. Мое тело было ватным, а коленки подгибались. Я схватилась за мужские плечи и поймала лукавый взгляд и легкую ухмылку дракона.
- И я люблю тебя… - договорила я, и все веселье мужа вмиг испарилось.
- Кали… - растерялся он, а я приложила пальчик к его губам, заставляя замолчать.
- Люблю! – твердо повторила я.
- Моя малышка… - смял он мои губы в сладком и медленном поцелуе. – Нам пора. Тебе необходим отдых.
Кивнув дракону, я осторожно последовала за ним в воду, а перед самым бурлящим водопадом мы снова нырнули и проплыли под ним. Вскоре мы выбрались на берег и оделись. Отправив фамильярам мысленный посыл погулять по лесу и поохотиться, я взобралась на драконью сущность мужа и мы взлетели.
Я ощущала себя счастливой: как никогда. «Любит…» - эта мысль вытеснила все страхи и переживания. Я задумалась над отсутствием связи. Если любим… оба… - где она? Я вспомнила слова гнома о связи: «…показывает чувства одного – другому, и именно поэтому при взаимности их считают сильными». «Показывает… Так же как и фамильярам я посылаю свои эмоции и приказы?» - пока я размышляла, мы подлетели к воротам академии. Воланд обернулся в свою человеческую ипостась, и мы зашагали в сторону корпуса общежития.
Следующие несколько дней я провела в постели, набираясь сил. Кристиан не впускал ко мне никого, кроме Вола: морально я отвратительно себя чувствовала. Ночью я просыпалась в криках: мне снились собственные воспоминания о потерявших жизни фамильярах. Физически я тоже была не в лучшей форме: хоть сил я и набралась, но меня постоянно преследовала слабость. Все мои фамильяры отказывались отходить от меня больше: чем на десяток метров, ощущая мои чувства. Оборотень очень рычал на их присутствие: в комнате было не протолкнуться, но мы решили ничего не менять, ведь как только мне станет легче – мы отправимся домой.
Сегодня я проснулась позже обычного: в комнате Криса уже не было, а Вол, обещавший придти на ужин вчера, тоже не пришел. Так что я была зверски голодна – поэтому я решилась наконец-то сама сходить в столовую на завтрак. Вернувшись, я обнаружила у дверей комнаты Айрина:
- Доброе утро, Камелия. Мы можем поговорить?
- Здравствуйте ректор, если только по дороге: мне необходимо отнести целителям пустые пузырьки из-под лекарств и взять новые, - мужчина кивнул.
Я быстро влетела в комнату, взяла необходимое, и снова заперла свои покои. Мы зашагали в сторону лекарского крыла.
- Камелия, ваши напарники детально пересказали ваш рассказ о случившемся на кладбище. Я прочел и ваши служебные протоколы, но у меня все же остался один вопрос к вам. Почему вы приказали фамильярам убить адепта?
Я остановилась и ошарашено уставилась на мужчину.
- Поймите меня правильно, - смутился он. - Его знания и эксперименты могли бы принести пользу. Ведь многие рискуют жизнями: чтобы заполучить себе фамильяра в диких лесах – в то время как он сделал их из животных академии. Я хочу сказать…
- Я поняла, - перебила я дракона. – К сожалению, что он делал со мной, и как эта связь возникла: я не знаю – я была без сознания. Но я бы вновь убила его… Еще пять раз: по одному за каждое погибшее существо, - зашагала я дальше по коридору.