Я наконец-то вдохнула. Мне стало страшно от серьезности заявлений Воланда, уж никак его слова не тянули на: обещаю любить, не обижать… и прочее – что обычно говорили на людских свадьбах… Никакому мужчине в Аргонавире и в голову не придет выслушивать мнение жены, выполнять ее прихоти и уж тем более отдать за нее свою жизнь. Дракон нахмурился в ожидании моих слов… Я собралась с духом и заговорила:
- Воланд Дай-О-Ильвинс, перед ликами Богов здесь и сейчас с последней секундой прошлого дня я приношу тебе свои клятвы. Я клянусь во имя мудрости Акинфиеля: чтить тебя, ставить твое слово выше любого другого, - уголки губ мужа вздернулись – принял. - Я клянусь во имя мужества Карсиония: в любой опасности стоять с тобой плечом к плечу, отстаивая наши права на жизнь, - на лице любимого промелькнула тень несогласия. - Я клянусь во имя благосостояния Изольдина: что подарю тебе столько детей – сколько ты пожелаешь. С первой секундой нового дня да будет так. Мое слово: стань моим!
На последней моей клятве настроение Воланд стремительно взлетело вверх, оставляя на его лице хитрый прищур и коварную улыбку. «Уууу… драконище, не наглей только – это тебе награда за принятие моей клятвы мужества…» - мысленно обратилась я к нему, закатывая глаза. Как вдруг довольное лицо моего мужчины подсветилось и я посмотрела в чашу: вокруг наших запястий я отчетливо видела скользящие золотистые ленты, которые словно змеи все туже и ближе оплетали наши руки.
Я во все глаза уставилась на живое олицетворение магии. Так продолжалось около минуты, а затем эти ленты стали словно жалить, нанося на кожу порезы и окрашиваясь кровью. И ощущения и зрелище стало совсем не из приятных. Когда золотистые ленты полностью стали алыми от крови, они вдруг взорвались, обращаясь в пыль и рассеиваясь. Воланд потянул наши сцепленные руки из чаши, и я уставилась на наших запястья: словно три тонких резных браслета бордового цвета обвили их. Воланд обогнул пьедестал и потянул меня на себя, накрывая мои губы поцелуем.
Как вдруг на нас обрушился целый шквал аплодисментов и свиста. Вспомнив, что мы здесь не одни, я оторвалась от мужа. Смущаясь, не могла смотреть на толпу, опустив взгляд на узор на запястьях. Воланд подхватил меня на руки и поспешил на выход из храма.
Вскоре мы вернулись в родительский дом, и вышли через холл в сад на задний двор. Я обомлела: «и когда только все успели?». Повсюду стояли празднично накрытые столы на восемь-десять человек, начиная от самой террасы. Чуть поодаль возле лужайки располагались музыканты, а все деревья были украшены разноцветными фонариками и магическими лампами.
Гости уже развлекались вовсю: кто беседовал за столом, кто танцевал, а кто прогуливался по дорожкам под волшебным освещением меж цветочных клумб. Воланд потянул меня за руку в сторону столика, за которым уже сидели его родители, сестра и Кристиан.
- Дети, заберите свой хлам: мой кабинет завален свадебными подарками, - улыбнулся Орлин, а Воланд подал знак слуге и тот последовал исполнять приказ. – Какие планы на дельнейшую жизнь?
- Все как и у всех: дом, работа… - пожала плечами я, жуя. – Надо ехать в Аренгард…
- Угу. Дело мы закрыли... Пора перед начальством отчитаться, - поддержал меня Крис. – Вещи забрать…
- Какие вещи? – переспросил Воланд.
- Как какие? Наши из общежития... Кали, мы же переезжаем в Эратос? Или планы изменились?
- Вы будете жить с нами? – жалостливо на меня смотрела Мариса.
- Эм… да. Ой, я забыла вам сказать, – осенило меня: из-за чего накатил ступор на семью.
- И снова я все узнаю последним. Милая, а где был я при принятии такого важного решения: как переезд? – перевел взгляд на меня Воланд.
- Ждал у храма, - развела я руками. – Это не я – это все твоя сестра.
- Кассия? – перевел он взгляд на девушку.
- А что я? Я через пару месяцев замуж выхожу и не хотела: чтобы родители оставались одни, - упрямо вздернула подбородок она.
- Ты чем-то не доволен? – вздернула я бровь.
- Я буду доволен: как только ты начнешь посвящать меня в свои планы.
- А я что сейчас делаю, по-твоему? – парировала я.
- Так! Стоп! – рыкнул глава семейства. – Обе мои дочери все верно решили, успокойся, сын.