Кристиан говорит:
– Я думаю, тебе стоит рассказать мне, что между вами было, с самого начала, просто чтобы быть уверенным, что мы все напишем правильно.
– Ты ожидаешь, что я расскажу тебе все?
– Ну, не все – только основные пункты. Где это началось? Как вы познакомились?
Глава 3
В припаркованном «пассате», включив кондиционер на полную мощность, он звонит Элин.
– Все нормально, – говорит он. – Он не сильно сопротивлялся. Он будет работать с нами. Я попробую набросать что-то в аэропорту и перешлю тебе. И еще, – говорит он, забегая вперед, – посмотри, не удастся ли найти фотографии, где они вместе. Они встречались на светских мероприятиях. Ее муж тоже там присутствовал, Серен Омсен. Может, есть фото, где они все вместе. Все трое. Это было бы идеально. Мой рейс в семь с чем-то. В офисе я должен быть ближе к одиннадцати. Увидимся там.
Сейчас полшестого. Солнце понемногу сходит с вершины небосклона, убавляя свою силу. Термометр на приборной доске показывает 37°. Несколько минут руль остается слишком горячим, чтобы держаться за него. Приходится то и дело передвигать по нему руки, пробираясь обратно через деревню к шоссе по навигатору, на юг от Малаги.
Он думает о заголовке статьи. Что-нибудь вроде:
ТАЙНАЯ ЛЮБОВЬ МИНИСТРА ОБОРОНЫ
И подзаголовок буквами помельче:
СТРАСТИ НА ВЫХОДНЫХ В ЖГУЧЕЙ ИСПАНИИ
У министра обороны Эдварда Далина уже более двух лет тайный роман с замужней женщиной. Пятидесятипятилетний отец двоих детей…
ИСПОЛЬЗУЕТ ДОМ БЫВШЕЙ ЖЕНЫ ДЛЯ ТАЙНЫХ СВИДАНИЙ
Пятидесятипятилетний отец двоих детей…
Пятидесятипятилетний отец двоих детей попытался на прощание подкупить его.
Кристиан, уже стоя на пороге, с пиджаком, перекинутым через руку, подумал об этом секунду, сильно потея, и сказал:
– Мне приятно знать об этом.
И улыбнулся. И ушел. Прошел по дорожке, мимо двух охранников министра – «Спасибо, парни» – в пропотевших рубашках поло и спортивных солнечных очках. Охранники сидели на белых пластиковых стульях в тени пышно разросшейся бугенвиллеи. Кристиан вышел за ворота.
Это было предложение из разряда «ну, а вдруг». Несерьезное, по большому счету. Не такое, чтобы можно было всерьез думать о нем. Да и Эдвард, если уж по-честному, был не в том положении, чтобы делать предложения.
Пятидесятипятилетний отец двоих детей говорит, что у него «разбито сердце» из-за этой таинственной замужней женщины…
Вот о чем стоит подумать. О том, чтобы не называть ее имени. Ее имя станет известно в какой-то момент. Отсюда и интерес к фотографиям. Ее имя станет известно в течение двух суток, думает он, глядя на шоссе и обходя очередной голландский дом на колесах. Как только люди узнают о ее существовании, ее разыщут и назовут по имени в течение двух суток. Эту честь придется предоставить кому-то другому. В завтрашней статье надо будет дать намеки. Упомянуть, к примеру, возраст…
Пятидесятипятилетний отец двоих детей говорит, что у него «разбито сердце» из-за таинственной сорокалетней замужней женщины…
Возможно, следует что-то сказать о ее муже. Например:
Ослепительная сорокалетняя брюнетка отказывается оставить мужа, одного из богатейших людей Дании…
Хотя так можно слишком сузить горизонт. Нам просто нужно, чтобы кто-то открыл ее имя как можно скорее, вот и все, так что надо все как следует обставить. Использовать фотографии. Он уверен, что видел их вместе на каком-то снимке, Эдварда с Наташей Омсен и, возможно, Серена Омсена тоже. Было бы идеально найти фото с ними тремя, где бы она смотрела на Эдварда. Откуда же было то фото, которое он видел? С какого-то мероприятия в Национальной галерее? Делает ли Омсен пожертвования галерее? Возможно.
А знает ли Омсен вообще об этом романе?
Что, если мы просто позвоним ему и скажем: «Добрый вечер, господин Омсен. Вы знаете, что у вашей жены роман с министром обороны?» Посмотрим, что он скажет.
Муж этой женщины, один из богатейших людей Дании, сказал, что он «шокирован»…
«Вы в шоке, господин Омсен? Вы потрясены?»
Муж этой женщины, один из богатейших людей Дании, сказал, что был «шокирован» и «потрясен», узнав об этом…
Овеваемый волнами холодного воздуха из кондиционера, Кристиан снова фокусируется на дороге, на бесконечном караване мигрирующих тевтонцев в правом ряду.
Вообще будет даже лучше придержать ее имя в секрете пару дней – так статья станет только острее. Это большая история, и появится очень вовремя. Через несколько дней им предстоит месячный отчет. Об этом сегодня утром думала Элин – больше, чем обо всем остальном. В этих отчетах вся ее работа. Если они показывают рост, она в прибыли. Если нет, значит, нет. Это на самом деле просто. Больше ничто не имеет значения, в конце-то концов. Все довольно просто, все в окончательном анализе, так он думает. Видеть подлинную простоту всего – вот что важно. Вот так человек вроде него, один из тех, кто начал свой путь с низов, прокладывают себе дорогу наверх.