Когда разговор принял целевой характер, Каддафи сообщил о намерении возобновить на ранее построенном в Ливии при содействии Советского Союза заводе производство автоматического оружия. Это должен быть новый автомат ливийской конструкции и национального оформления, пусть даже созданный на базе калашниковских моделей типа АК-103 и АК-104. Каддафи дважды подчеркнул необходимость создания для его страны «ливийского» автомата и попросил оказать техническую помощь в освоении его выпуска.
В конце беседы я передал президенту привезенные российские сувениры, свою книгу и альбом оружия. Перед прощанием мы вышли на берег моря и сфотографировались. Снимки получились чудесными. Берегу их и показываю дома друзьям и сослуживцам. А ливийскую монету, на которую Каддафи «купил» у меня нож, украшенный златоустовским мастером, я отправил автору на память.
Абдель Хамид Амер Заид при переговорах объявил, что Ливия хотела бы обсудить возможность создания с моей помощью на базе автоматов АК-103 и АК-104 ливийских автоматов калибра 7,62-мм и организовать их выпуск. По итогам переговоров составили рабочий протокол о намерении сотрудничества. Ливийская сторона отметила свою заинтересованность развивать производство другой спецпродукции на промышленном комплексе «Бен-Валид». Прозвучали конкретные пожелания по комплектации и объему общегодового выпуска. Мы договорились о том, что «Ижмаш» окажет техническое содействие в организации производства изделий, а предварительно представит свои предложения в ФГУП «Рособоронэкспорт» по коммерческим и техническим вопросам, связанным с предполагаемыми заказами Ливии.
Завершая нашу деловую встречу, начальник управления закупок вооружения Минобороны Ливии генерал Юсеф Абдель Кадер ад-Дибри отметил высокое качество оружия российского производства и, в частности, моих автоматов и пулеметов. Попросил меня принять ответственное участие в решении всех вопросов, которые обсуждались на совещании.
А вопросы эти не простые. Если будет согласие «Рособоронэкспорта» и Правительства Российской Федерации о сотрудничестве с Ливией, то нам придется передавать не только техническую документацию, но и поставлять современное технологическое оборудование взамен ранее переданного и устаревшего».
В этот же день источник в российском ВПК через агентство «Интерфакс» сообщил на весь мир о состоявшейся встрече, о том, что Калашников подробно рассказал о своей конструкторской работе, об организации производства стрелкового оружия на заводе «Ижмаш», где работает более пятидесяти лет. Говорилось, что Каддафи и Калашников обсудили перспективы российско-ливийского сотрудничества в военно-технической области. Процитирован ливийский лидер Муамар Каддафи, заявивший, что «автомат Калашникова — одно из главных изобретений XX века и еще в течение многих лет будет оставаться актуальным для большинства стран мира, в том числе и для Ливии».
М. Т. Калашников:
«Вечером того же дня нас пригласили на прощальный ужин в ресторан, расположенный на самом последнем этаже высотного здания торгового центра, подобно нашему ресторану «Седьмое небо» на Останкинской башне. Это заведение вращается вокруг оси, так что Триполи виден со всех сторон. Пока мы сидели за столом, зал ресторана сделал полный оборот. Прием этот отличался тем, что на столе не было ничего спиртосодержащего. Генерал А. X. Амер Заид на прощание назвал мой визит в Ливию историческим событием и выразил пожелание увидеть меня при выпуске первой партии «ливийского» автомата Калашникова. Тут же он вручил мне огромный альбом с фотографиями встречи с М. Каддафи. Мне и моим спутникам были преподнесены на память красивые национальные сувениры. В ночь на 27 июня мы вылетели тем же маршрутом с пересадкой в Вене в Москву».