Ру злило все. И паршивый акцент собеседника, и утренний солнечный диск в замерзшее лицо. И скверна.
- К слову, как самочувствие иномерянки? - он наконец искоса бросил ответный взгляд, - Она тоже в близком контакте с носителями.
- Замечательно. К чему вопрос?
Сиам не ответил. Закатил глаза ребячески, мол, поддерживаю беседу, и побрел дальше, рассматривая края помятых крыш, как будто с такого ракурса мог действительно для себя что-то извлечь, или просто плутал в рассветной прогулке.
3.1
Из окна нашей пропахшей запахом уксусной эссенции и садового кампоста комнаты (как выяснилось, шнапс девушки заедали дешевым соусным пряником и чем-то отдаленно походившим на подгнивший физалис) было видно четыре последовательных взрыва на крыше третьего малого корпуса. Мы наблюдали это с Тики, соседкой в фиолетовой сорочке и явными признаками пьебалдизма. Она придерживает волосы младшей среди обитателей пятиместной коморки - шестнадцатилетней Клеофин, не отрывая дикого взгляда от магически-белых всполохов за занавесой дыма, пока девчонка самозабвенно блюет в пластиковую посудину.
Как это случилось?
Да без понятия. Прошло несколько дней после моего знакомства с пришельцем-минералом, отличных лишь тем, что большую часть времени я зависала на лекциях по химии, и дважды обедала с Вивьен ею же состряпанными гренками на лавке у пруда. Этой ночью, глубоко за полночь Клеофин, - в состоянии одухотворенном силами дешевого шнапса, - головой пробила ширму у моей койки, предварительно безжалостно испртив входной коврик тошнотой. Ширма в углу ныне пряталась смятой салфеткой - не ротанг, а бумага девяносто грамм на метр в кубе, не пережила даже хилой девчонки.
А затем случился взрыв. Мне вспомнился "Бойцовский клуб" Чака Паланника, коего любила читать при земной жизни по дороге домой. Хотела поделиться наблюдением - но смотря на лица ошарашенных адепток, с содроганием поняла, что это не предрассветный сомнамбулический кошмар. Все гораздо хуже.
Клеофин взревела раненым зверем, вскинув голову в минуту просветления. Тики испугалась крика, а потом и озаренного потусторонним сиянием болезненного лица девчонки, потому бросила зажатый в кулак конский хвост, неловко толкнув ее в затылок. И паника разразилась в ту же секунду.
Уже через минуту мы с Тики болтались на подоконнике, в то время как под вой коридорной сигналки и общий топот всполошившихся адептов, соседки, подхватив под локти Клеофин, скрылись в эвакуируемой толпе.
Мы не спешили. Молча созерцали пламенную экибану на крыше академии, как в ее диких очертаниях одиноко страдал флюгер (или антена?), и потоки дыма и пыли клубками обвалакивают стены корпуса.
- Дракон, - подытожила Тики.
- Ты надышалась перегаром подружек?
Девушка моргнула, затем медленно выпрямилась. У меня от волнения скрутило судорогой икры, я невольно поймала себя на мысли воспользоваться кратчайшим путем - прыжком в окно.
- Да дракон, точно говорю, - константировала она, так, будто гадала над тканью для пошива наволочки, - Моя кузина Карин, пару дней назад, заступая на смену в теплицах, наткнулась на такую тварь. Все те же признаки, предшествующие ее появлению.
- Откуда у вас драконы? - ошалело переспросила, еще больше поражаясь невозмутимости девчонки.
- Что значит у нас? Такая же аномалия, привычное дело. Очередной попаданец, вроде тебя. Просто не разглашают, но у людей-то зрительные органы и соображалка скооперированно работают.
Так и приходит познание. Апрельским снегом на руки без перчаток, или сковородой в собственном жилище по голове. Мне стало до неприятного обидно.
Вновь раздался взрыв. Мы синхронно присели на корточки под подоконник, вслушиваясь в потусторонний скрежет где-то над головой. Может, споткнулся взбудораженный студент о стол, но первая мысль в звенящем страхе - кампус разрушается.
- Добрался таки, скотина инопланетная, - прошипела Тики.
Не сговариваясь, мы ринулись в дверной проход. На улице громче взвыли сирены, где-то между первым и вторым этажами благим матом крыл консъерж на двух зазевавшихся старшекурсников. Мы бежали по коридору в числе крайних, мимоходом задевая редких юношей, так же не слишком впечатленных фаершоу на крышах академии.
Уже на выходе Тики затормозила, цепляя меня за руку. С парадной лестницы мы воззрились, сцепившись локтями, на пейзажи пламени и электрические разряды в пылевом занавесе.
- Как думаешь, куда они потом тушу этой твари денут? - проорала девушка, пока я с замиранием сердца считала блики молний.