Неожиданно Меррик очнулся от своих мыслей, поскольку он увидел, что стрелки хронометра ползут по циферблату… Вот-вот должна была наступить полночь.
Девять ученых тоже молча ждали наступления условленного часа, пристально глядя то на стрелки часов, то на платформу проектора, то на далекую темно-красную искорку Антареса, горевшую среди звезд. Когда Меррик очередной раз взглянул на часы, он увидел, как стрелки наконец сошлись, сообщив о наступлении полуночи, и повернулся взглянуть на ученого у рубильника главного распределительного щита. А тот быстро один за другим переключил четыре выключателя. Меррик почувствовал, как ужасные силы потекли сквозь его тело, а потом он потерял сознание, осознав лишь ужасную вспышку, которая швырнула его в ревущую тьму…
Потрясенный до глубины души, Меррик вынырнул из этого черного бессознательного состояния. Его колени едва не подогнулись. На него неожиданно обрушился поток жара, а потом он услышал дикие крики. Полностью восстановив равновесие, он открыл глаза.
Он вновь очутился на Калдаре, в мире Антареса!
Это сказал ему первый же взгляд в небо, потому что у него над головой пылало не знакомое желтое земное солнце, а огромное темно-красное светило — громадная звезда, заполнившая треть неба. Её пламенный блеск ослеплял. Антарес — солнце Калдара! Полуослепленный Меррик опустил взгляд.
Он стоял на круглом возвышении из черного металла посреди огромной площади. Вокруг площади поднимались к небу бессчетные пирамиды города Корл. Все террасы и улицы, выходящие на площадь были забиты корлами в черных туниках. В небе сбились группами воздушные суда — длинные, изящные, жужжащие. А посреди площади был ещё один корл, который, вытянув руку в сторону Меррика, что-то кричал.
Меррик был всё ещё ошеломлен переходом из мира в мир. Он видел, как люди, собравшиеся на площади, бегут к нему.
Покачиваясь он стал спускаться с возвышения. А потом его подхватили на руки.
— Чан! Чан! — пронеслось по городу, и он смутно осознал, что, подхватив, толпа несет его в сторону самой большой пирамиды на краю площади — дворцу Чана…
Оказавшись в прохладной полутьме огромных залов внутри пирамиды, Меррик увидел слуг в черных одеждах, рванувшихся к нему. Красный солнечный диск — эмблема Чана, точно такая же, как на его груди, была начертана на стенах повсюду. Его закружило в большой комнате лифта. А потом он очутился в зале на самом верху пирамиды, откуда через широкие окна были хорошо видны многочисленные пирамиды Корла. Меррик услышал другие взволнованные голоса. Наконец ему дали что-то выпить, и странный напиток очистил его разум от бурлящего тумана. Он начал озираться.
Только теперь Меррик разглядел, что рядом с ним три человека: высокий широкоплечий воин, второй — копия первого, но более стройный, а третий — пожилой человек, с благородным лицом и седыми волосами. Великан схватил Меррика и крепко обнял его.
— Чан Меррик! Чан Меррик! Ты вернулся! — закричали разом все трое.
— Хоик! Джурал! И ты тут, Мурнал! — воскликнул Меррик, приветствуя своих друзей.
— Но, во имя солнца, Чан Меррик, где ты был? — воскликнул гигант Хоик.
— Почему ты исчез? — спросил седой Мурнал. — Почему ты нас покинул?
— Это вышло не по моему желанию, — ответил Меррик. — Помните, что, когда я прибыл сюда, я сказал вам, что явился с планеты далекой звезды. Могущественная сила выдернула меня в мой мир, и я не мог раньше вернуться.
Страх и непонимание было написано на их лицах.
— Действительно, когда ты исчез с возвышения Чана, мы решили, что ты ушел в то самое никуда, откуда явился к нам, — объяснил большой Хоик. — У нас никогда не было Чана вроде тебя, который сумел бы сокрушить коспов… Но некоторые стали поговаривать, что мы никогда не увидим тебя снова.
— Да, многие так говорили, — добавил Мурнал. — Но Нарна все время твердила нам, что ты вернешься.