Я почти смирилась. Неудачи встречала грудью, бодрясь и улыбаясь.
Не добрала бал для поступления в университет мечты? Ничего. Учебных заведений – пруд пруди.
Респектабельная работа и высокооплачиваемая должность помотала хвостом у самого носа и скрылась в тумане? Да ну ее! Поднимусь с низов, если будет нужно!
Я всегда жила под девизом моей бабушки, которая говорила:
«Богиня Фортуна очень капризная и весьма сумасбродная женщина. Лучше радуйся, что она обошла тебя стороной. Только тот, кто изо всех сил старается, дорожит тем, что получает, намертво вгрызаясь в полученное потом и кровью. Таких людей не сломать. Они не сворачиваются калачиком после первого же промаха. Они не сдаются. Идут вперед, даже когда земля под ногами покрывается трещинами. Возможно, их не назовешь баловнями судьбы, ведь они редко получают то, что хотят. Но порой то, что мы желаем очень далеко от того, что нам действительно нужно. Иди вперед. Борись, если сердце подсказывает тебе, что это правильно. Время все расставит по местам»
Впервые я услышала эту жизнеутверждающую речь, когда мне было восемь. Тогда я мало что поняла, размазывая сопли по лицу из-за первой двойки. Но позже я стала любить и ценить каждое слово, что так часто повторяла бабушка.
«Только то ценно, во что вложен труд и усердие»
Даже отношения подходили в эту категорию. И я работала над ними. Только не учла одно – работать над отношениями должны оба. Что толку в моей подтянутой упорными стараниями фигуре и то, что я в свои двадцать восемь могла сесть на шпагат, испечь «Наполеон» и процитировать Амар Хайяма в оригинале?
Все пошло по накатанной, когда Игорь выдавил «Прости» и, пряча глаза, попросил вернуть кольцо.
Был жених – нет жениха.
Ждала повышение – дали пинок для разгона, урезав положенный аванс вполовину. Хотя здесь, может, я и виновата. Жизнь синхронных переводчиков и опасна, и трудна...
А может, и к тому, что с Игорем не заладилось, я тоже приложила руку? Слишком много работала...
Со всем этим я могла смириться. Но не с тем, что еще приготовила судьба.
Бабушка. Да ей было восемьдесят шесть. Плюс много болячек: и варикоз, и скачки давления, и одышка. Но я не думала, что она уйдет так быстро...
Это меня добило. Хотелось все бросить в подвешенном состоянии и сбежать. Что, собственно, я и сделала. По наследству мне достался от бабушки потрепанный коттедж в сельском поселении на Дальнем Востоке, откуда я десять лет назад сбежала, гонимая мечтами о столице и перспективах, что она открывала.
И вот я снова вернулась в дом, где провела столько лет...
❂❂❂
Да, первый порывом было желание засесть в деревне, из которой я когда-то выбралась. Но стоило потрястись в душном автобусе четыре с половиной часа, вляпаться в коровью мину и напороться на неадекватного двортерьера, от которого пришлось отбиваться оригинальной сумкой от Prada – захотелось обратно в цивилизацию.
Высокая деревянная калитка скрипнула. Я дернулась, нервно обернувшись. Не хотелось нарваться на кого-нибудь из бывших одноклассников. Нервный пес, прикованный цепью к покосившейся будке, тявкнул. И все. Кругом – тишина. Нет, не то чтобы совсем – где-то вдалеке переговаривались соседи, звуки музыки смешивались с рычанием электрической пилы. Но по сравнению с шумным мегаполисом – это словно щебетание воробья на фоне карканья ворон. Фоновый шум, не больше.
Может, и правда стоит задержаться... Бабушка отписала мне дом с землей в шесть соток. Можно и...
Но стоило сфокусировать взгляд – и в груди защемило. Бабушка... Без нее сад и огород под налетом начинающейся осени выглядели еще тоскливее.
Сглотнув подступивший к горлу комок, тряхнула головой и прошла дальше, к крыльцу.
Открыла дверь и поежилась, принявшись усиленно тереть плечи.
Холодно и пусто. Без бабушки – это не дом, а шелуха. Простая оболочка.
Слезы обожгли глаза. И тут я зацепилась взглядом за куклу. Ту самую Нюру, что сшила бабушка из льняной ткани. Похожая на меня – кареглазая с каштановыми волосами.
Улыбнулась. Я думала, что потеряла ее давным-давно...
Меня буквально потянуло к этой потрепанной вещице. Приступ скорби сменился ностальгией. Хотелось заглянуть в каждую комнату, в каждый уголок, что сохранил воспоминания о моем детстве.
Подхватила куклу со старой кресло-качалки и принялась бродить по комнатам. В сущности бесцельно – касалась старых вещей кончиками пальцев, сдвигая их со своих мест, поднимала и рассматривала, сдувая пыль. Все было так знакомо и далеко одновременно – словно старая фотография, запечатлевшая события, которые уже почти забыл...