– Ты не поверишь, но мы сегодня побывали в метро! – Волкогонов хотел улыбнуться, но пульсирующая боль в руке не позволила ему этого сделать. – Не просто на станции, но и на поезде прокатились.
– Я и не такому поверю, дружище.
– Кто твой клиент? – спросил Волкогонов, поглядывая на молодого парня.
– Да ничего необычного, – отмахнулся Рябой, – рядовой любитель острых ощущений. Рассказывал, что недавно вернулся с другой Территории, откуда еле унес ноги, и вот теперь решил испытать себя там, где, по его мнению, не так опасно.
– Парень еще не разочаровался?
– После встречи с бродячими псами он несколько напрягся. Да чего греха таить – я и сам здорово перетрухнул. Конечно, случалось встречать на «Вятке» всякое, но живых тварей – тут ты прав! – не видел с самой Вспышки. Сдается мне, что Территория меняется, эволюционирует.
– Боюсь, как бы не стало гораздо опасней, чем прежде, – высказал свои опасения Волкогонов. – «Вятка» и сейчас пользуется репутацией самой загадочной Территории из всех, а когда выяснится, что здесь стало еще опаснее, поток клиентов совсем иссякнет.
– Да бросьте вы переживать, – снова вклинился в разговор Василий Иванович. – Люди хоть и пугливые существа, но вечно лезут на рожон. И если выяснится, что «Вятка» стала в два раза опаснее, то и народу сюда полезет гораздо больше. Почему, по-вашему, несмотря на постоянные несчастные случаи, люди настырно лезут в горы, на эвересты всякие, зная, что все может закончиться трагедией? И чем опаснее склон – тем более лакомым и престижным является покорение вершины.
– Стоит однажды пропасть всем клиентам за один раз, как ты сам поймешь, что желающих точно поубавится, – не согласился с ним Рябой. – Вот загрызут новичка злые собаки – и что я скажу другим? Несчастный случай? Проводник же должен оберегать клиента ценой собственной жизни.
– Это уж точно. – Волкогонов усмехнулся и погладил укушенную руку.
Клиент Рябого, ставший невольным свидетелем разговора между проводниками, неожиданно высказал довольно интересную новость:
– Мой прошлый проводник рассказывал, что существует возможность перехода с одной Территории на другую.
– Час от часу не легче. – Рябой почесал голову и исподлобья посмотрел на клиента, подумав, что лучше бы тот промолчал.
– Это объясняет появление новых локаций, – задумался Волкогонов. – Возможно, это не проделки «Вятки», а пересечение с другими Территориями.
– Это еще хуже! – Скулы Рябого затвердели. – Если с «Вятки» можно перейти на Территорию «Саяны», то ходить безоружным теперь совсем нельзя.
– А что не так с «Саянами»? – полюбопытствовал Костров, который слышал об этой Территории совсем немного.
– Оттуда вообще никто не возвращается. Поэтому власти запретили экскурсии в эту область. Но если теперь в «Саяны» можно попасть через «Вятку», то…
Клиента Рябого звали Денис. Пока мужчины обсуждали создавшееся положение, он опустился на трухлявое бревно, торчащее из мусорной кучи, и теперь разглядывал старую грязную куклу, оказавшуюся на свалке вместе с другим бытовым мусором. Кукла неожиданно повернула голову в его сторону и уставилась на парня единственным целым глазом, моргнула пару раз и медленно поднялась на ноги, будто ожила и впервые увидела этот мир. Денис открыл было рот, собираясь указать на эдакое чудо, но ожившая игрушка вдруг сорвалась с места и спряталась за разбитый унитаз. Рябой тоже краем глаза заметил движение.
– Вы видели?! Видели?! – причитал Денис. – Разве такое бывает?!
– Ну, такого я точно не видел, – хмыкнул Рябой. – Будем надеяться, она неопасна…
Беглянка выглянула из своего укрытия и проворно шмыгнула дальше, скрываясь за мусорными завалами. Теперь ее заметили все.
– Жутковатое зрелище, – передернувшись, выдавил машинист. Ему тотчас вспомнился фильм ужасов с ожившей куклой.
Стоило им вздохнуть с облегчением, когда кукла скрылась из виду, как из кучи тряпья выполз плюшевый серый медведь. Один глаз-пуговица держался на ниточке, правой лапы вовсе не было, но он упорно лез наверх и уже через мгновение стоял на высоком мусорном холме, взирая на незнакомцев бесстрастным взором бездушной игрушки.
– Может, пальнуть по нему? – Рябому однозначно не нравилось, когда предметы оживают, вот только тратить патроны на плюшевое недоразумение было жалко – вдруг на пути снова попадутся бродячие псы или еще кто пострашнее?
– Предлагаю пройти свалку как можно быстрее, пока игрушки не придумали мстить за свои старые обиды, – заметил Волкогонов и потянул Кострова за рукав.