– Вообще-то для этого и придумали Интернет.
– Повторяю: бедные страны. Хреновая экономика. Никакого Интернета. Интернет есть только там, где гастарбайтер, – а у его родных нет.
Желто-оранжевый клин разрезает пар над чашкой. Если вернуться взглядом к его истоку, если пройти сквозь витринное стекло модного – в Москве бы сказали «стильного» – кафе на Юнивер-сити, пролетев сквозь вечнозеленые ветви платанов, встретишь в голубизне северокалифорнийских небес охваченный сиянием солнечный круг, вокруг – небо, как на рисунке из старой советской песни. Никогда не приходило в голову, что «пусть всегда будет…» – это почти что буквальный перевод “let it be”.
– О’кей, пусть будет так, – кивает Джек. – И что ты предлагаешь? Снабдить Филиппины Интернетом?
– Нет же! – Пол поднимает палец, внимание, сейчас вылетит птичка, ради этого все и затеяно, сейчас, ну же… – Нет! Здесь, в Америке, снабдить филиппинцев специальным устройством. Экранчик, видеокамера, плата памяти и телефонный разъем. Выглядит как небольшая книга, стоит гроши. Филиппинец записывает видео, мы его сжимаем и закидываем в память. Потом он включает эту штуку в телефонную розетку, и видео по проводам отправляется…
– …в Интернет, которого нет у его родных!
– Нет! Оно отправляется к нам на сервер, а оттуда – ночью, когда на трафик льготный тариф, – в Манилу. Там у нас тоже офис. И оттуда мы беспроводной связью, фактически как в телике, рассылаем это видео по локальным офисам… точнее, по каким-нибудь местным сетевым супермаркетам. Они принимают это видео с помощью обычной тарелки, пишут на VHS, и когда туда приходят родные нашего гастарбайтера – вручают им кассету. На все про все уходит меньше суток – быстрее, чем послать кассету почтой, и на самом деле даже дешевле.
– …потому что ночной трафик, – кивает Джек.
Дина ставит пустую чашечку в центр блюдца, почти беззвучно. Хочется закурить, но здесь в кафе не курят, это она уже выучила. Смотрит на Пола: широкоплечий, темноволосый, загорелый. Белая майка с каким-то логотипом на груди. Похож на Дэна, вдруг понимает она и спрашивает, только чтобы не пялиться молча:
– Думаешь, люди будут покупать твои девайсы?
– Мы будем давать их напрокат! Или даже раздавать бесплатно, а деньги брать за передачу файлов.
– Ну, нормально, – говорит Джек, – звучит убедительно. Так к кому ты с этой телегой сегодня идешь? В «Клейнер Перкинс»?
– Нет, к Джонатану Краммеру. Чувак с Восточного побережья, поднялся еще в восьмидесятые, а последние несколько лет инвестирует в доткомы. Я ему через знакомых забросил письмо – и он меня позвал к себе сегодня.
– Где у него офис?
– Я еду к нему домой, чувак! У него роскошный особняк в Хиллсборо.
Джек уважительно присвистывает. Ему бы пошли очки, думает Дина. Да небось он их и носил, пока не вставил линзы или не сделал операцию на хрусталике.
– Круто, – говорит Джек. – А название уже придумал?
– Хотел что-то вроде «Видеограмм», но…
– Не, не годится, наверняка слово уже застолбили.
– Компитограмм? – предлагает Пол. – В честь отца-основателя?
– Не, фамилия в названии – прошлый век, – качает головой Джек. – Надо что-то оригинальное…
Почему-то оба парня поворачиваются и смотрят на Дину. В самом деле, что может быть оригинальней, чем спросить совета у русской девушки, которая ни бельмеса не понимает в дотком-бизнесе?
– Возьмите какое-нибудь филиппинское слово, – предлагает она, пожав плечами. Мол, что я, в самом деле, вам предложу оригинального? Я переводчик, а не копирайтер.
Ребята неожиданно в восторге: вау, да, отличная идея, как там называют себя филиппинские гастарбайтеры? Пиной? Вот, пусть будет «пинойграмма»!
– Если бы сейчас не было утро, я бы предложил за это выпить, – говорит Джек.
– В Москве сейчас глубокая ночь, – отвечает Дина, – так что хотя бы пиво мы можем себе позволить.
Много все равно не выпьют, думает она, оба за рулем, а тут не Москва: все соблюдают законы.
На улице – яркий солнечный свет, идеальная температура, как шутили когда-то, «на десять градусов ниже тела», они проходят мимо старого ложноклассического кинотеатра, красно-белая надпись Stanford над вывеской, где печатными буквами выложено: «“На небесах от счастья”: ретроспектива Ольги Норманд» – о, черно-белая классика, местный «Музей кино» или даже «Иллюзион», Мите бы понравилось.
Дина вертит головой, и Джек с гордостью аборигена обводит пейзаж широким взмахом руки:
– Здесь на каждом кафе можно повесить доску: «В этом здании заключено контрактов на полмиллиарда долларов».