Франц до утра разглядывал эти черты, пытаясь вытащить из памяти необходимый образ, и гадал, не еврейка ли эта девушка случайно, пострадавшая от режима и скрывающаяся под другим именем.
Именем, которое выбиралось с умом и несло в себе скрытый смысл. Ведь в переводе с латыни оно означало «рожденная заново».
Тогда ее мотивация убивать или способствовать убийству офицеров становилась кристально ясной. Но что-то подсказывало мужчине, что все намного сложнее. И был только один способ это выяснить.
Следующим же вечером Франц отправился в кабаре «Зеленый фонарь», где проходили выступления госпожи Леманн.
В заведении мужчина выбрал неприметное место за барной стойкой, чтобы оставаться вдали от навязчивого света софитов, в котором была утоплена небольшая сцена с вычурными, темно-зелеными шторами.
Обслуживал посетителей чудаковатый господин в женской одежде, все время поправлявший сползающее с плеч пушистое боа из перьев. Заметив Франца, он улыбнулся щедро напомаженным ртом, но не получив достаточного отклика, а лишь холодный взгляд в ответ, быстро переключил свое внимание на других клиентов.
Вскоре на сцене появилась Леманн. Она выглядела старше и несколько иначе, чем на фотографии в деле, но все равно была узнаваема. Волосы теперь были высветленными на модный в последние годы манер, а вместо скромной одежды и неприметной шляпки, на ней было блестящее платье из серебристой ткани, на которой играли изумрудные всполохи от софитов.
Девушка лучезарно улыбнулась публике и приступила к выступлению, следующий час исполняя популярные немецкие песни и известные шлягеры. Голос ее был чистым и ровным, а произношение близким к идеальному, хотя в нем и была некоторая южная мягкость.
Когда Францу надоело наблюдать за девушкой на сцене, он обернулся к травести и заказал еще выпить.
- Подскажите, а во сколько фрау Леманн заканчивает и возможно ли назначить ей встречу? – осведомился он между делом. Мужчина в женской одежде нахмурился.
- Фройляйн, - бегло поправил бармен и склонил голову на бок, - здесь вам не публичный дом. Наши артисты не продаются, у нас приличное заведение.
- Простите, - Франц примирительно поднял вверх руки, - я не имел в виду ничего такого. Я всего лишь очарован фройляйн и хотел бы угостить ее выпивкой.
- Тогда сделайте это, - общаясь с барменом, он не заметил, как очередной номер закончился, а певица оказалась за его плечом собственной персоной, - я не буду против.
Леманн ловко запрыгнула на высокий стул рядом с ним, облокотилась локтями на стойку, и растрепала пальцами белоснежные кудри.
- Дик, как обычно, - обратилась она к бармену, одарив того самой очаровательной из всех возможных улыбок, - в горле пересохло.
Получив высокий стакан с каким-то причудливым коктейлем и тонкой трубочкой, девушка наконец-то соизволила обратить свое внимание на Франца. Вблизи она была еще очаровательнее, хотя в ней и было что-то опасное, заставляющее сохранять бдительность перед ее чарами.
- Так что? – нетерпеливо поинтересовалась фройляйн Леманн, - у меня пара минут перерыва. Что вы хотели мне сказать?
- Вы прекрасно поете, - с готовностью выдал то, что, вероятнее всего, девушка и ожидала услышать Франц, тем временем внимательно фиксируя каждую незначительную перемену в ее мимике, - не думали о более… престижной карьере?
- Вы продюсер? – Рената хитро сощурилась. Судя по скепсису в ее голосе, она не оставляла и малейшей возможности, что это предположение реально, а лишь поддерживала светскую беседу.
- Нет, я… - Франц прочистил горло, - просто очарован.
Он аккуратно скользнул пальцами по барной стойке, намереваясь коснуться лежащего совсем рядом локтя девушки, но она предусмотрительно отодвинулась подальше.
- Я слышу это каждый вечер, - беззаботно пожала плечами певица и ослепительно улыбнулась, - ничего нового.
В этот момент Франц искренне пожалел, что не заявился сюда в форме. Вероятно, если эта красотка действительно охотится за военными, то это сделало бы ее куда более сговорчивой, и сейчас она не набивала бы себе цену с таким усердием, вынуждая его разыгрывать этот нелепый фарс с соблазнением.
- Леманн – ваш псевдоним, - убедившись, что бармен оказался у другого конца стойки и не может слышать их разговор, начал мужчина, склонившись к певице, - и имя… не похоже на настоящее.
Рената совсем не смутилась.
- Иметь псевдонимы – распространенная практика среди артистов, - холодно заметила она, тут же сбросив с себя всю искусственную веселость, - что вам нужно?
- Как вас зовут на самом деле, фройляйн Леманн? – продолжал напирать на девушку Франц. Он почувствовал, что она начинает прогибаться и давать слабину – об этом говорил ее бегающий взгляд и ставшая напряженной поза. Еще чуть-чуть давления и она выдаст себя. – Дайте угадаю… - он нахмурился, перебирая в уме подходящие варианты, - как-нибудь вроде… Рахиль? Или Сара?