— Не люблю я пауков, особенно вечером. Эта штука когда-нибудь оборвется.
— Я исключаю ошибку в расчетах.
— А я тебе говорю, Будек, что все это кончится большим пшиком. Она перегреется и грохнется в воду.
— Ну, так уж плохо, пожалуй, не будет.
— Будет значительно хуже. Ударная волна смоет все. Понимаешь? Всех! Ливни прикончат уцелевших.
Будзисук долго не отвечал.
— Спишь стоя?
— Нет. Забавно, но я того же мнения. Послушай, может быть, у тебя в багаже есть резиновая лодка?
— Конечно. Хочешь сейчас?
— Это не срочно. Дашь мне за ужином. Пойдем переоденемся.
В комнате Фумарола очень основательно готовилась к ужину. Что-то плела, я старался не слушать. Бывают минуты, в которые наши мысли никак не могут встретиться.
Стол был накрыт на четыре персоны. С Будзисуком была стройная девушка, в платье, облегающем ее, как мокрый купальный костюм.
— Фалена, — представил спутницу барон.
— Привет, — сказала девушка.
В первую минуту я ее не узнал.
— Ты, остряк. А кто меня гладил по ляжке?
— Стояние на голове приводит к ошибкам, — вмешалась Фума. — У тебя ничего не жмет?
— Давайте сядем, я в этом фраке, наверно, сварюсь. Вентиляторы, вертеться быстрее!
Горячее дыхание джунглей проникало сквозь москитные сетки и завесы из цветного бисера. Размягчались воротнички, увлажнялись корсеты, с орденов стекали струйки. Барон чертыхался, что весь шик и элегантность стекли по икрам на пол. Дамы, несмотря на декольте, потели обильно и с удовольствием.
— Есть пот от болезни, а есть — от жары. Пот от жары — здоровое явление.
— Я уже это где-то слышал.
И хотя от пикантных яств ломился стол, разговор был вялый и как-то не клеился.
— А где твоя подруга? Та, что со сластями стояла по ту сторону зеркала? — спросил я, потому что мне осточертели жалобы на погоду, перемену давления и нездоровые испарения джунглей.
— У Суйеты выходной. Понимаешь, запасной игрок. Тебе понравились сласти? Фрукты не хуже. Что любишь, как любишь?
— Смотри к себе в тарелку и не слушай это собачье помело! — буркнула Фума. — Еще один желтопузик влез тебе в рукав. Господин барон, вы решили меня споить!
Фигли-мигли оживляли прием. Недомаринованные лягушки удирали от вилки, по тортам ползали дождевые черви, желтопузики расширяли дыры в сырах, и тихо похрапывал странный фарш в индюшке. Для куража и поднятия настроения прислуга издавала веселые восклицания и неожиданно пускала под стол небольшие петарды. Вечер налаживался и, несмотря на изнуряющий зной, можно было надеяться на его дальнейшее продолжение. Уже веселье сдвигало бретельки с плеч, уже крем из фыркающих ртов летел на носы и ордена, уже руки опережали слова. Когда хозяин рукояткой ножа ударил в румяную грудь индейки, я подумал, что надо толкнуть речь, так как брудершафты уже нависали над столом и чувствовалась необходимость сказать несколько слов персонально о каждом. Будзисук ударил один раз, два, и только на третий из индюшки à la Ekscelencja выбежала заспанная крыса с брюссельской капустой в зубах и звоночком на хвосте. Прыжкам и подпрыгиваниям просто не было конца. Крысе аплодировали, и на бис она прыгнула в соусницу с коричным соусом. Чихнув, она зазвонила как к поздней обедне и, сделав отчаянный прыжок, исчезла в окне.
— Наверно, дрессированная? — крикнула Фума. — Господин барон, как вы ее дрессировали?
Алкоголь управлял жестами и раскачивал горизонт. Во фраках нам было тесно. Барон встал.
— Пенка, розовая дымка, глазурь, глянец. Видел я это… в гробу! И этот фрак, и вообще! Подать капусту и колбасы! — Он сбросил фрак, сорвал рубашку и смял ее в клубок. — Раздеться всем до трусов! Подать таз с холодной водой, будем мочить ноги!
Дамы в крик, что барон пьян или сошел с ума.
— Трусы в такое время? Это не принято!
— Выпьем на «ты».
— Ага, хочешь перед этим? Пожалуйста. Выпьем, но без поцелуев. Таз скользкий, можно скопытиться!
Фума, пошептавшись с Фаленой, встала из-за стола.
— Пойду проветриться.
— И я тоже.
Нежно обнявшись, они вышли, как две задушевные подруги. Будзисук махнул рукой.
— Пенка, глянец…
— Розовая дымка, но с глазурью. Эта Фалена…
— Ну, да. Почти новая. А лодка у тебя есть?
— В заднем кармане брюк.
— Такая маленькая? Куда дуть?
— Нажимаешь кнопку и готово.
— Действительно, растет, надувается сама.
— Там мешочек с порошком против акул, здесь два весла и зонтик.
— Зонтик? Зачем?
— Чтобы потерпевший кораблекрушение не чувствовал себя одиноким. Осторожно, ты топчешь парус.