---Сидеть бы мне вечность, если бы не вы! Спасибо вам, добрые люди.
---Иди с миром старуха,--- сказал Ромуальд, --- и не попадайся мне больше на пути. Может быть в следующий раз я просто разрублю тебя ради забавы…---на вот тебе монету и уходи прочь.
---Спасибо! Пусть печали покинут твою душу, а та из-за которой скорбит твое сердце упокоится с миром.
Рыцарь ничего не сказал.
---Будешь искать меня, я живу там… на болотах в старом домике.
---И зачем ты нужна мне старая ведьма?
---Ты помог мне, денег дал, быть может и я на что сгожусь. Сердце твое разрывается от боли, может зелье дам, а может чего и поинтересней…Рыцарь снова кинул монетку ведьме.
---Есть возможность исцелить твою боль, вернуть все вспять…где-то есть книга, там все написано.
---Что за книга? Что там написано?— оживился рыцарь
---Не знаю, сама ищу ее все жизнь, еще моя бабка хотела ее найти. Там есть все. Как вернуть то, что вернуть нельзя. У каждого есть свое ТО, что он хотел бы вернуть. Если найдешь, получишь, что тебе нужно, но и меня не забывай.
Ромуальд вскочил на коня и ветром помчался к дому.
Прошла неделя, за ней другая, месяц. Миновали осень и зима. Уже и весна подходила к середине, а Ромуальд по-прежнему был безутешен. Он каждый день проводил какое-то время у склепа в надежде увидеть видение. Бывало слуги наблюдали как господин говорит сам с собой, но старались делать вид, что ничего не замечают, потому как боялись его гнева, хотя шепотом и делились друг с другом увиденным.
В один из солнечных весенних дней Ромуальд снова пришел к склепу и уселся на каменную скамью. Птичье пение и обилие выпитого вина на какое-то время погрузили его в состояние умиротворения и далее крепкого сна. И дивный сон увидел рыцарь. Он и Брунхильда в белом платье гуляют по прекрасному саду. Его возлюбленная мило улыбается и смотрит на него небесно голубыми глазами. Он берет ее белоснежную руку, подносит к своим губам и нежно целует. И тут от руки идет странный холод, как будто это не живая плоть, а безжизненный мрамор. Глаза ее вдруг стали белесыми и мертвецки тусклыми, а вся одежда черной. Лицо исказила ненависть, а из рта перекошенного злобой послышалось шипение. Недолго думая Ромуальд выхватил меч и вонзил его в то, что еще совсем недавно было его любимой и виденье тут же рассыпалось в прах. Застыв от ужаса, рыцарь вдруг услышал чье-то хлюпанье за спиной. Он обернулся и увидел лежащую на земле Брунхильду в прекрасном своем облике, а над ней склонилась какая-то фигура в темном дорожном плаще и издавала чавкающие звуки. Потом фигура резко обернулась и взглянула на молодого человека. Это было сморщенное лицо с длинным носом, по губам и подбородку стекала алая кровь, а беззубый рот пытался разжевать кусочки плоти. На него смотрела та самая ведьма, которую Ромуальд встретил в овраге на болотах и сейчас она с аппетитом ела сердце Брунхильды.
Ромуальд открыл глаза, жадно хватая ртом воздух, и не сразу понял, что лежит на земле под скамейкой. Он во сне размахивал руками вот и свалился на пол, даже не почувствовал удара. После такого кошмара он быстро протрезвел, встал и ушел прочь.
Где-то заполночь к сидящему у камина Ромуальду подошел лекарь и подал кубок со снадобьем. Молодой человек демонстративно вылил содержимое в огонь и отдал кубок обратно.
---Нет такого лекарства, которое утолило бы мою печаль.---Произнес рыцарь и предложил лекарю сесть рядом.---Вот скажи, можно ли вернуть вспять время?
---Ваша милость, вы и сами знаете ответ. Если бы таковое имело место быть, то многие бы уже воспользовались этим. Единственное, что может вернуть нас в прошлое, так это наши мысли и воспоминания.
---Вот они то и не дают мне покоя...мыслями я там, а сам то я здесь. Вот и разрывается душа. Что мне делать?
Лекарь молча покачал головой.
---Когда-то знавал я одного человека, ученого-алхимика, он тогда был молод и весьма успешен в науках. Слыл он еретиком и не раз подвергался гонениям, так вот занимала его такая же идея. И соорудил он не пойми что, и вроде как оно сработало и кому-то, или ему самому помогло. А потом святая инквизиция уничтожила все, а его самого приговорили к сожжению, но Божьей милостью он избежал костра. Он считал, что человеку дана не одна судьба, а несколько и сразу. Каждое действие, сделанное “венцом творения” имеет свои последствия, а уж эти последствия и определяют бытие. Иными словами, не заточи ты Брунхильду в своем замке, может жила бы себе и дальше, а ты вернувшись из похода, и покорил бы ее сердце своей доблестью. Или же по возвращению узнал бы о замужестве своей любимой.
Ромуальд так сверкнул глазами, что эскулап решил перевести разговор в иное русло.