— Увидимся за следующей дверью! — добавил он. — Не забудь о своём обещании.
Жуань Наньчжу спокойно кивнул.
Ли Дунъюань поднялся и направился на выход.
— До встречи.
Жуань Наньчжу, не говоря ни слова, проводил его взглядом до дверей.
— Жуань-гэ, что он тут делает? — совсем не дружелюбно спросил Чэн Цяньли.
В прошлый раз только он и Линь Цюши остались в неведении, а самое ужасное, что юноша до самого конца так и не разгадал намерения Ли Дунъюаня, поэтому Чэн Исе до сих пор ругал его за глупость, а Чэн Цяньли, в свою очередь, проникся к Ли Дунъюаню необъяснимой неприязнью, чтобы скрыть собственный позор.
— Пришёл договориться о сотрудничестве, — ответил Жуань Наньчжу.
— О сотрудничестве? Он решил с нами сотрудничать? — Чэн Цяньли не мог поверить в услышанное.
— Да, — подтвердил Жуань Наньчжу. — Он согласен поделиться с нами источниками дохода.
Чэн Цяньли выглядел так, словно увидел привидение.
— Разумеется, он поставил условие, — спокойно продолжил Жуань Наньчжу. — Оно заключается в совместном походе за дверь с Чжу Мэн. По крайней мере, один раз в месяц.
Чэн Цяньли и Линь Цюши погрузились в странное молчание, глядя на Жуань Наньчжу, который даже не поменялся в лице. В конце концов, Чэн Цяньли не выдержал — громко рассмеялся, да так, что из глаз потекли слёзы.
— Вот это ни хрена себе!!! У Ли Дунъюаня с головой проблемы или как… Чжу Мэн! Какая ещё Чжу Мэн?!
Жуань Наньчжу, впрочем, не обратил внимания на его смех.
— Линь Цюши, ты пойдёшь со мной. Только не выдай нас.
Линь Цюши кивнул, сдерживая улыбку.
Вначале ему казалось, что Ли Дунъюань ищет Чжу Мэн ради забавы, но теперь понял, что мужчина нисколько не шутит. Когда Ли Дунъюань понял, что его раскрыли, он стал названивать в коттедж по нескольку раз в день, а если кто-то поднимал трубку, непременно просил позвать Чжу Мэн.
Впоследствии всем это настолько надоело, что стационарные телефоны в коттедже выдернули из сети, а на мобильных номер Ли Дунъюаня отправился в чёрный список. Но даже так он не желал сдаваться и всё продолжал храбро искать свою возлюбленную. Линь Цюши очень хотелось бы увидеть его лицо, когда он узнает, что Чжу Мэн — это и есть Жуань Наньчжу.
Не удостоив вниманием Чэн Цяньли, у которого от смеха едва не сводило лицо, Жуань Наньчжу поднялся. Он действительно был невероятно красив, но всё же в реальности никому и в голову не пришло бы связать его с женским образом.
Чэн Цяньли наконец отсмеялся, разлёгся на диване и, утирая слёзы, сказал:
— И почему Ли Дунъюаню так понравилась Чжу Мэн? Просто умора.
А вот Линь Цюши казалось, что это как раз можно понять.
— Если бы ты не знал, что Чжу Мэн — это Жуань-гэ, она бы тебе понравилась?
Чэн Цяньли хотел было рефлекторно отказаться, но Линь Цюши добавил:
— Подумай как следует.
Подумав как следует, Чэн Цяньли погрузился в молчание.
Действительно, такая девушка как Чжу Мэн, невероятно привлекательная, умная, красивая, с уникальным характером, была просто идеальной возлюбленной. И если бы она существовала на самом деле, он бы… Ладно, ладно, лучше не копать себе ту же яму. Чэн Цяньли активно замотал головой, прогоняя прочь страшные мысли.
Получив от Жуань Наньчжу согласие на сотрудничество, Ли Дунъюань самым наглым образом принялся каждый день наведываться в коттедж.
То поесть, то за интернетом, то за этим, то за другим, и всё с тем же кукольным лицом пытался вызвать к себе сочувствие.
К счастью, обитатели коттеджа были достаточно сообразительны, чтобы не покупаться на его уловки. А Лу Яньсюэ, у которой характер не сахар, вообще заявила Ли Дунъюаню:
— Ты же взрослый мужик двадцати восьми лет, может, хватит строить из себя зелёного пацана, чтобы казаться моложе? Тебе самому не противно?!
Ли Дунъюань яростно запротестовал:
— Это в каком месте мне двадцать восемь?!! Ещё не полных!
Линь Цюши поразился:
— Тебе двадцать восемь?
Выходит, старше меня.
Ли Дунъюань:
— Да, двадцать восемь, и что? Мужчина в двадцать восемь — прекрасная роза2!
2Обычно с цветком сравнивают восемнадцатилетнюю девушку.
Чэнь Фэй, который как раз оказался рядом, равнодушно вонзил ещё нож:
— Дунъюань, не спорил бы с Цюши. Ты, конечно, старше, да только ростом пониже будешь.
Ли Дунъюань:
— …
Вы по-человечески общаться умеете?!