- Вы кончали курсы секретарш?
Она опять покачала головой. Мужчина пожал плечами, встал, держа в одной руке пачку каких-то бумаг, обошел письменный стол, будто собирался их ей показать, но вместо этого, приблизившись, прикоснулся к ее груди. Хилари мгновенно вскочила и, не задумываясь, влепила ему пощечину.
- Если вы еще раз ко мне притронетесь, я так закричу, что сюда прибежит полиция, - предупредила она, задыхаясь от возмущения. Ее зеленые глаза сверкали, все тело было напряжено, руки дрожали. - Как вы посмели?
"Что им всем от меня надо?.. Дядя Джек.., девочки и мальчишки в доме Луизы... Почему это продолжается?.." - спрашивала себя Хилари. Она не понимала, что причина этого в ее красоте, и думала, что, наверное, бог так карает ее за какие-то проступки, совершенные в детстве. Все же ей казалось несправедливым, что с пей непрестанно происходит подобное.
Хилари медленно отступала к двери, не сводя глаз с лица толстяка.
- Послушайте, извините.., не обращайте внимания... мисс... Как ваша фамилия?
Он вперевалку торопливо направился к ней, но Хилари хлопнула дверью у него перед носом и со всех ног бросилась вниз по лестнице. Всю дорогу до гостиницы она чувствовала себя оскверненной и удрученно думала, что, наверное, вообще никогда не сможет найти работу.
Однако в конце концов Хилари все-таки устроилась секретаршей в агентстве по трудоустройству. Там понравилась внешность девушки; отметили, что она хоть и молода, но умна, аккуратна и уравновешенна, неплохо печатает на машинке и умеет говорить с людьми по телефону - этого им было достаточно.
Ей предложили девяносто пять долларов в педелю - Хилари восприняла такую сумму как подарок судьбы. Ома дала согласие и как на крыльях помчалась в гостиницу готовиться к своему первому рабочему дню. У нее была первая работа! А потом начнется быстрое восхождение. Хилари еще точно не знала, чем бы хотела заниматься в будущем, но уже определила, где бы хотела учиться. Она читала все газетные объявления, в пару мест звонила, подала заявления и ждала ответа. Дальше она пойдет по выбранному пути.
Теперь оставалось сделать еще одно дело, которому Хилари решила посвятить вторую половину дня. Потом могло не оказаться времени, а звонить этому человеку она не хотела, предпочитала увидеться с ним лично. Всего один раз получить от него информацию, после чего останется лишь набрать номера телефонов...
Мысль об этом вызывала у Хилари дрожь нетерпения, пока она переодевалась в своем номере. Она надела простое синее платье, темные чулки и лакированные туфли. Платье было коротким, по моде, но приличным. Волосы она собрала в узел, что делало ее старше, и опять отправилась в центр. Но, чтобы сэкономить время, поехала не на автобусе, а на такси. Водитель высадил ее на углу Сорок восьмой улицы и Парк-авеню. Хилари, задрав голову, смотрела на высоченный небоскреб из стекла и стали, который и был целью ее поездки.
Скоростной лифт взмыл на тридцать восьмой этаж, и Хилари со страхом подумала, что будет, если он вдруг застрянет. В таких зданиях она раньше никогда не бывала, во всяком случае, не помнила такого... Зато помнила многое другое: путешествие с родителями во Францию на пароходе "Liberte", квартиру на Саттон-Плейс.., чаепитие с мамой в отеле "Плаза", с маленькими пирожными, горячим шоколадом и горой взбитых сливок... Еще помнила ту ночь, когда мама погибла, и се с отцом разговор...
Двери лифта плавно открылись, и она оказалась в приемной, устланной мягким зеленым ковром. За столом сидела светловолосая, коротко подстриженная девушка в розовом льняном костюме. "У нее тот бойкий вид, который, наверное, полагается иметь всем секретаршам, - подумала Хилари в связи со своей будущей работой. - По я никогда не смогу так выглядеть. Я не миловидна, волосы у меня не светлые, нет готовности вскочить со своего места по первой просьбе". Действительно, Хилари выглядела слишком серьезной и замкнутой. Она подошла к столу и посмотрела девушке прямо в глаза.
- Я пришла к мистеру Паттерсону.
- Вы с ним договаривались? - очаровательно улыбнулась секретарша.
Хилари без улыбки сдержанно ответила:
- Нет. Но я хотела бы увидеть его. Окружающая обстановка подавляла ее, но она этого не показывала и выглядела совершенно непринужденной и уверенной в себе.
- Как вас зовут? - просияла маленькая Мисс Улыбка.
- Хилари Уокер. Мистер Паттерсон мой крестный.
- А, да. Конечно.
Блондинка нажала несколько кнопок и, сняв трубку, что-то в нее произнесла. Это был еще один элемент ее работы - говорить по телефону так, чтобы посторонние не слышали: "К вам мистер такой-то.., а, вас нет?.. Что ему сказать?"
Этим искусством Хилари тоже предстояло овладеть в агентстве по трудоустройству.
С той же безукоризненной улыбкой секретарша подняла глаза и указала на дверь справа:
- Проходите. Секретарь мистера Паттерсона встретит вас и проводит в его офис.
На нее произвело впечатление, что эту девушку так запросто пропускают к Артуру Паттерсону, к которому вообще попасть было не просто.
Хилари открыла дверь и оказалась в широком и длинном коридоре, который тянулся по всему этажу. Вдоль стен стояли стеллажи с книгами по юриспруденции в кожаных переплетах, а у кабинетов адвокатов сидели за столами их секретарши.
- Мисс Уокер?
К ней подошла пожилая женщина с коротко остриженными седыми волосами и, приятно улыбнувшись, указала на другой конец коридора:
- Мистер Паттерсон ждет вас.
Вот так, просто, словно это планировалось, словно он знал, что она придет, и все девять лет ждал ее появления. Но что он мог знать, сидя здесь? Что он мог знать о ее жизни у Эйлен и Джека, об уходе за смертельно больной теткой, о том, как его крестница защищала с кухонным ножом в руках свою честь, как чуть ли не голодала все эти годы, что мог знать о "доме временного проживания" в Джексонвилле, о Мэйде и Джорджине.., детдоме.., и даже о "милейшем" толстяке, который "беседовал" с ней всего пару дней назад? Что он обо всем этом знал?
Хилари же была уверена, что именно он повинен в смерти ее матери, да и отца в конечном итоге тоже. Теперь ей нужно было от него только одно, а потом она больше никогда его не увидит, потому что никогда больше не захочет видеть этого человека.