В полной тишине раздался выдох француженки:
— Как…то есть… погибнете? Моя Настенька?
— Оба, вероятнее всего, — Илья спокойно так кивнул, а герр Майер в который раз изумился. Нет, понятное дело, что в случае смерти главы фирмы «Ключ», она развалится моментально, и он этого совершенно не желал. Да за последние годы он заработал на этом сотрудничестве огромные деньги! И все же, он снова и снова убеждался, что авантюры Ильи Сергеевича по большей части приносят прибыль, часто огромную. Вот и сейчас, вместо того чтобы отговаривать его, выпрыгивая из подтяжек, он решил сначала дослушать. — Нам с Анастасией придется пойти за Кромку, думаю на год, или два, как получится, потому что только там есть шанс не только исцелить ее меридианы, но и тонкую энергетику, и даже восстановить жизнеспособность. Но что самое главное, взрастить ее как ведуна.
— Что? Но зачем? — Француженка от рассуждений молодого человека просто не успевала за мыслью.
— Что происходит при переходе со второго ранга на третий? — Он ответил ей вопросом на вопрос. — Чем характеризуется этот прорыв?
— Ну, очищением внутренней энергии… — начала она отвечать, но оказалась перебита собственной дочерью:
— Перерождением. Тело очищается от всех загрязнений, Сила Крови тоже выбрасывает все лишнее, и тело перерождается. Теперь я понимаю, что вы задумали, господин Залесский. И это было бы даже гениально, если бы не одно «но». Настька не может развиваться, как ведунья, — Амбер покачала головой.
— Поправочка, — приподнял палец Илья. — Раньше не могла. Точнее не так. Она и сейчас не может, жизнеспособность и Сила Крови в ужасающем состоянии, но это мы поправим. Но вообще, да, она вполне может развиваться, хоть и не совсем привычным вам способом.
— Это как? — Моментально ухватилась за оговорку Женевьев.
— С помощью алхимии. Сами должны понимать, что с таким телом просто невозможно тренироваться физически, и даже первый ранг выхода за физические пределы ей не пройти. Но алхимия, пусть и размоет ее талант, сможет втащить на третий ранг. Вероятнее всего, даже до четвертого она не прорвется, но зато сможет нормально жить. Полноценно. — Илья рассказал им не все. Дело было не только в таланте, алхимии и возвращении жизнеспособности. Дело было в тех миллионах тварей, что так и остались в ее теле. Пока они там, она не сможет развиваться даже с пилюлями, увы.
— Вот, значит, что ты задумал? Но зачем тащить мою дочь за Кромку? Все это можно сделать и здесь!
— Не все. Или у вас, мадам Женевьев, есть Источник Алой и Черной Крови под рукой?
— А у тебя, значит, есть? — чуть не взвизгнула циркуляркой француженка.
— Есть, конечно, — хмыкнул Илья.
— А… ЧТО?
— Я был свидетелем его формирования, и пусть не смогу полностью повторить все его эффекты, но даже то, что смогу, будет лучше любых пилюль.
— Где? Где ты мог такое увидеть? — Прохрипела женщина. Это… То, что заявляет этот мальчишка, просто невероятно!
— Там, за Кромкой, конечно.
— Ты можешь… рассказать? — Пусть она и взяла себя в руки, но не полностью, а потому буквально наклонилась к Илье, упершись грудью в край столешницы, отчего та едва не вывалилась из лифа прямо на стол.
— Конечно… нет. — Вдохновение и отчаяние, две стороны одной медали, и обе стороны Женевьев познала буквально за пару секунд. — Может вам еще мою сокровищницу открыть для разграбления, драгоценнейшая? — Хмыкнул Илья. — Все же, жадность человеческая не ведает никаких границ.
Илья отпил морса, и поднялся. Нужно потренироваться, и хоть немного поспать. Ночь предстоит та еще. В полной тишине он вышел из столовой.
— Илья Сергеевич не перестает удивлять, — отметил вслух швейцарец.
— Не то слово, — согласно кивнула Мира.
— И все же, ваш племянник, хам, моя дорогая, — Поморщилась Женевьев.
— А я могу вырвать вам язык, — кинула на нее хищный взгляд Мира. И добавила: — Моя дорогая.
Учитывая то, насколько Мира сильнее Женевьев… Француженка склонила голову, и сказала:
— Простите, не хотела вас обидеть.
— Ничего страшного.
Однако всякий понял, что ради воспитанника, эта женщина, в ярости похожая на лисицу, может и горло выгрызть, причем буквально. И только герр Майер отметил, как передернули плечами слуги, стоящие в столовой в ожидании приказов. Они-то здесь живут, так что знают хозяйку с самых разных сторон. В очередной раз мужчина воображаемо похлопал себя по плечу, мол молодец, правильную женщину выбрал. Сильную.