— Мы вернулись. Где вы сейчас находитесь?
— Здравствуй, молодой человек. Быть грубым вовсе не обязательно, а время на приветствие всегда можно найти…
— Где вы сейчас находитесь?
— В московском особняке. — Конечно, ей не понравилось, что ее перебили, как и то, что ее отвлекли от разговора с молодым офицером. Молодая вдова, Ее Светлость графиня Речкина, изволили флиртовать, а тут такой невоспитанный молодой человек, оставивший от знакомства исключительно неприятные воспоминания. С другой стороны, младшенькая перестала давить на психику, и за это француженка была ему даже благодарна… когда вообще вспоминала об их существовании. Все же, прошло больше года, как они ушли за Кромку.
— Отлично, скоро буду.
По небу, от пригорода Ярославля до Москвы, пронеслась комета. Илья прилетел быстро, и приземлился у главных ворот в город. Тут уже летать могут только те, у кого разрешение имеется, все же столица, как никак. Так что, пришлось запрыгнуть в бричку, и с ветерком, по Неглинной, до самого особняка графа Речкина.
Илья уже привычно закинул все еще спящую девицу на плечо, и вошел в вороты особняка. Их перед ним открыл лакей, и даже поклонился, но парень не обратил на это внимания. Привык. Пройдя внутрь, он направился сразу к хозяйскому дому, а навстречу ему уже поспешили и обе сестры спящей красавицы, и их мать. Впрочем, с ними подошло довольно много народа, все же не просто так хозяйки приема сорвались с места, и рванули к воротам. Людей вокруг них набилось изрядно. Парень осмотрелся, и со вздохом отдал спящее тело дворецкому.
— Настасья спит, проснется через шесть-семь часов. Не будить. Она только после прорыва на ранг Мастера. Уносите, и позаботьтесь о ней. Ей предстоит заново учиться ходить, есть, говорить, но она полностью здорова. Я слово сдержал, прощайте.
Илья развернулся, и ушел. Потрясенное молчание было ему лучшими аплодисментами, не говоря о репутации, которая в очередной раз взлетела на недосягаемую для большинства высоту.
Утренняя газета, поданная к чашечке кофе в доме любимейшей тетушки Миры, пестрела заголовками, но на первой странице отметился именно Залесский: «Отчего артефакторы взялись исцелять? И когда же целители станут создавать артефакты?»
В статье темно-синим по белому рассказывалась история Анастасии Речкиной, и приводился факт ее исцеления одним конкретным Залесским. Впрочем, интервью с ней обещали напечатать позже, когда девушка восстановится после болезни.
— Значит, у тебя все же получилось, — улыбнулась тетушка. Сидящий рядом с ней в домашнем халате герр Майер на это только усмехнулся, и отложил газету, пробежав статью глазами.
— А ты сомневалась?
— Нет, конечно. Если бы не был уверен, то не взялся бы, — женщина пожала плечиком. Илья на такое только отвернулся. Уверен он не был вообще, просто не мог ничего не делать, ведь нужно было хотя бы попробовать. Впрочем, говорить об этом тетушке, конечно, не стал. Пусть будет уверена в нем и дальше. Кто-то ведь должен в него верить, даже когда он сам в себя не верит.
Илья задумчиво почесал в затылке, и достал камень магсвязи. За полминуты нашел статью в газете о свадьбе швейцарского бизнесмена и купца первой гильдии, герра Майера с госпожой Залесской, боярыней, и Магистром-артефактором, известной своими открытиями в области высоких энергий. Буквально пару месяцев не дотерпели до его возвращения. Даже успели сгонять на месяцок к мужу на родину, чисто осмотреться, но вернулись обратно, потому как: «нужно дождаться воспитанника», сказала Мира, и муж взял «под козырек».
Поднявшись наверх, Илья по-быстрому упаковал два подарка, как смог аккуратно, и спустился вниз.
— Поздравляю вас с бракосочетанием, — он усмехнулся и протянул им по упаковке.
— Как догадался? — спросил Вильгельм.
— По поведению, само собой. Вы здесь, как дома, в халате вот, в тапках. Глянул в сети, и нашел объявление о свадьбе. Жаль, что я не успел, и не смог увидеть эту веху в ваших жизнях. — Илья улыбнулся, и кивнул на подарки: — Быть может это вам чем-то поможет.
— О? И что там? — Заинтересовался мужчина, но тут же получил маленьким кулачком в плечо, и тихое шипение:
— Открой! Зачем спрашивать?
Решив послушаться незатейливого совета, он разорвал упаковку, и вытащил из нефритовой шкатулки небольшой прозрачный пузырек.
— И что это? Точнее, чье это?