— Вот теперь все встало на свои места. Из-за этого вы, Высшие, будете его охранять, и договоритесь между собой. Более того, остановите любые попытки нападения любых стран. Вы на него поставили, я прав? — спросил Михаил.
— Да, только не мы. Я. Мальчик решителен, силен, и обладает незаурядным характером. Я видел, как он сражался с бывшим Главой Карамазовых, а тот был СЕДЬМОГО ранга, если кто не знает. Мальчик же, вообще не ведун, у него нет внутренней силы. И все же, он разделал старого ведуна, как Бог черепаху. Жестко, четко, продуманно подавил его, и прикончил, без доли сомнений. Талантливый мальчик, а если учесть его возраст, и четко рассчитать боевую мощь, то показатели и вовсе запредельные. Я тут справочки навел, и думается мне, что для нет невозможного. Слишком уж часто он творит что-то, чего раньше не было. Это его суть. — Старик покивал, словно бы что-то обдумывая, и все же замолчал. И так сказал больше, чем нужно. Остальное мальчики в силах и сами додумать.
— Вот оно как? А чего же тогда мы тут с ним возимся? Как вообще так получилось, что несколько наемничьих армий появилось возле горы?
— Их просто слили. Мешали они кому то, вот Литвин их и пропустил. Видимо, не просто так. А вы возитесь, как ты верно заметил, Горынюшко, потому как Круг Высших промолчал. А промолчал он, чтобы вы возились. Хи-хи-хи, — рассыпал немного старческого смеха по зале волхв. — К тому же, вы хотите знать секрет, как Источники растить самим, да из духов их получать. Али не хотите?
— Хотим, учитель, — признал Михаил.
— Ну так и возитесь с ним дальше. К слову, если бы вы этого не сделали, то сделали бы мы. У него с Кругом уговор был о том.
— Вот оно что! — выдохнул Аарон. — Говорил же, что у него все просчитано!
— Так и было, но раз уж вы вмешались, то мы не стали вам мешать. Да и зачем? Цели у нас разные, но идем в одном направлении. Круг посчитал, что дестабилизация политических отношений, как и экономики в мире, это вполне достойная цена за шанс на победу в Турнире.
— Всего лишь за шанс? — Удивился Михаил.
— За весьма неплохой шанс в три процента, Мишенька, — рассмеялся древний волхв, глядя на растерянные лица окружающих.
— Всего? — выдохнул Горыня.
— Всего, говоришь? У меня этот шанс составляет семнадцать десятитысячных. Как говорится, почувствуйте разницу, — старик развел руками.
— Но ты ведь сильнее и опытнее мальчишки Залесского, — непонимающе сказал Михаил Второй.
— Это само собой. Вот только не в силе дело, да и не в опыте. Подобные соревнования требуют нестандартного подхода, воображения, настоящего творчества, и конечно, воли. У мальчишки все это есть, а когда появится Источник девятого ранга, то будет и сила. Аналитики говорят, что первый Турнир он точно проиграет, но не сдастся, и пойдет на второй, третий, пятый, пока не выиграет. Илья Залесский не умеет сдаваться.
— Кажется, я понимаю, — Император задумчиво погладил бороду.
— Вот именно, что «кажется». Ты слишком давно не сражался насмерть, Мишенька. Забыл, каково это, быть одному против всего мира. Вокруг тебя помощники, Советники, охрана… А Илья, он все время в таком режиме живет. В окружении сильных врагов, в беспокойстве за свою тетку, в постоянном ожидании, что кто-то придет, и отберет все, что он любит. А ведь он даже не ведун, понимаешь? Представь, через что нужно себя пропустить, на какие риски пойти, чтобы добиться его нынешней силы и знаний с умениями. Он ведь не ты, ему все на блюдечке не подносят, сам крутится. Учитывать нужно такие вот нюансы чужой психологии, Мишенька.
— Да, учитель, я понимаю. Это уже третий раз, когда я его недооценил. Больше не повторится.
— Ну, хоть с третьего раза дошло, — укоряюще покачал головой волхв. — Я вас оставлю. Обсуждайте тут свои планы сами, а моим старым костям пора отдохнуть. Я и заскочил-то, только чтобы рассказать тебе, что к чему, дабы от ошибок уберечь.
— Спасибо.
— Да не за что, ученик. Совершенно не за что. До встречи, и береги себя.
Волхв исчез.
— Да уж, — буркнул Федор Столковский. — И как так получается, что у этого молокососа все наперед всегда просчитано? Может нам его вербануть в аналитический отдел? Пока не поздно, так сказать…
— Было бы неплохо, — хмыкнул Михаил Второй. — Вот только вряд ли получится. Тайная Канцелярия уже пыталась, так он их бездушными обозвал, и категорически отказался.
— Чего? Почему бездушные-то? — Не понял Горыня.
— Пойди, да спроси, что у него на уме.
— Как-нибудь потом, — отказался военный Советник. У него возникло четкое ощущение, что в случае подобного разговора, этот мелкий поганец ему весь мозг вынесет, чего хотелось бы избежать.