— И все это — чтобы я пришел?
— Да.
— Почему я?
— Потому что ты подходил. Они знали, что ты устал, что мечтаешь об идеальной работе, где нет начальников. Мечтатели — легкая добыча.
Он горько усмехнулся.
— Идеальная работа. Да, блядь. Без начальников. Без мудаков. Без коллег. Без лица.
— Прости.
— За что? За то, что я теперь живу по расписанию? Ровно, сытно и предсказуемо?
— Да нет, за то, что попал на кучу денег. Я была в такой же ситуации, рассчиталась. Всего-то нужно было привести пару ребят.
Она достала из сумки флешку.
— Тут лог. История операций. Твои профили, их активность, сделки. Они хранят все в закрытой сети, но мне удалось скачать часть. Если опубликуешь — тебе никто не поверит. Но хотя бы ты будешь знать правду.
Игорь взял флешку. Пальцы дрожали.
— А твой клон?
— Где-то живет своей жизнью. Иногда пишет мне. Иногда я отвечаю.
— И что он тебе пишет?
Аня усмехнулась:
— «Как ты? Все ли по плану?»
Глава 13. Финал
Когда они вышли из кофейни, на улице похолодало и заморосил дождь. Аня попрощалась коротким «хорошего дня» и ушла. Игорь стоял под навесом, глядя ей вслед. В руке — флешка, в голове — белый шум.
Дома он включил ноутбук. Подключил флешку. Открыл папку. Там были десятки видео. Он — разговаривает, спорит, шутит, дает интервью, участвует в конференциях.
«Игорь Сорокин, эксперт по интеграции ИИ».
Голос, мимика, жесты — все его.
В конце списка — файл, «Copy». Он нажал «Play».
На экране — А. Н.. Тот самый куратор.
Только теперь без идеального света и фильтров. Костюм, галстук, лицо — живое.
Мешки под глазами, легкая небритость… И вдруг — узнавание.
— Леха?..
На мгновение дыхание перехватило. Та же мимика, тот же прищур, даже привычка морщить лоб перед фразой. Только раньше все это было стерто — как будто отсеяно через фильтр «корпоративная уверенность».
Сейчас на экране был человек. Без интерфейса. Сверху, в черной рамке окна, мигала надпись: «Алексей. Куратор».
— Привет, мечтатель, — сказал он на экране. — Поздравляю. Ты выполнил все по плану.
Игорь захлопнул ноутбук. Сердце билось в висках. Он достал телефон, открыл чат с куратором. Написал:
«Здарова, страдалец.»
Ответ пришел мгновенно.
«Привет, мечтатель. Наконец-то до тебя дошло.»
«Леха?» — написал Игорь.
Ответ появился с задержкой:
«И да и нет. Скорее оптимизированная версия, которая его симулирует. Собранная на открытых данных, слегка «пластиковая», но близкая к оригиналу».
«Что все это такое?»
«Не “Что?”, а “Зачем?”. Это гораздо точнее вопрос. Суть проста: у нас закончились люди. Точнее, закончились рабочие люди. Те, кто делает задачу на сто процентов. Не на восемьдесят семь, не на девяносто, а именно на сто.»
«Так не бывает.» — машинально отозвался Игорь.
«Вот именно. Не бывает. Поэтому мы создаем тех, кто “бывает”.»
Игорь смотрел на экран, как в прорубь с черной ледяной водой.
«Значит, я — просто эксперимент?»
«Эксперимент, модель, прототип — называй как угодно. Ты часть системы, которая сама себе создает персонал.»
«Но зачем? Ведь можно просто нанимать людей.»
«Людей? — переспросил куратор. — Людей нельзя нанять. С ними нужно нянчиться. Мотивация, корпоративная культура, ценности, чаты, тимбилдинги, “а я не разделяю позицию руководства”. Ты не представляешь, сколько энергии уходит на то, чтобы заставить человека хотя бы притворяться заинтересованным. Мы просто убрали это звено.
«И ты считаешь это нормальным?»
«Я считаю это рабочим. Эффективность — это не про мораль. Знаешь, почему KPI — тупик? Потому что они всегда дают лазейку. Всегда можно сказать: “Я сделал на 92%, но система мешала". Нам нужен не процент, а факт. Есть задача. Есть результат. Все.»
«То есть вы решили заменить людей их копиями?»