— Руководитель — это процесс, — ответили все вместе.
— Понял… процесс. Хорошо.
Он назначил роли наугад. Через пару секунд пришло уведомление:
10:18 — Успешное назначение ролей. Поздравляем с первой командой.
— Быстро работаете, — усмехнулся он. — Даже слишком.
— Мы оптимизированы.
«Оптимизированы… — повторил он мысленно. — Ну конечно. Внутри у них наверняка нейронка, чат-боты какие-нибудь. А может, весь отдел — просто симуляция. — Он усмехнулся. — Да и хрен с ним. Людям ведь платят за обучение нейросетей — видимо, и я теперь один из таких. Платят хорошо, жаловаться грех».
Он выключил микрофон, но оставил вкладку открытой. Десять квадратов продолжали гореть зеленым, хотя никто ничего не говорил. Словно ждали.
— Эй… вы вообще живые?
Пауза. Потом один из квадратов моргнул зеленым индикатором и сказал:
— Ваша вовлеченность высока. Это хороший признак.
Игорь выдохнул, закрыл конференцию и уставился в календарь.
Там уже висела новая строка:
10:30 — Эмоциональный отклик зафиксирован. Продолжайте в том же духе.
Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой.
— Все, пиздец, — сказал он тихо. — Я работаю в «Матрице для менеджеров».
К вечеру тревога немного отступила.
Он поймал себя на мысли, что теперь, по сути, погонщик роботов. Курирует тех, у кого нет лиц и голосов, только безупречные KPI и благодарности за исправленные ошибки.
Из любопытства он написал куратору:
«Слушай, я ведь понимаю, что вы не люди. Тогда зачем весь этот цирк с “наставниками” и “командой”?»
Ответ пришел почти мгновенно:
«Для наибольшей эффективности вопросы, не относящиеся к проекту, не обсуждаются.»
Игорь усмехнулся. Конечно.
Он поймал себя на мысли, что хочет живого разговора — без идеальных голосов и аватарок. И кто-то в нем вдруг решил: пора увидеться с Лехой. Пиво, бар, шум — хоть немного реальности.
Глава 8. Леха
Бар был тот же — столик у стены, облупленное зеркало и запах пережаренной картошки со стороны стойки. Игорь не пил уже неделю, но сегодня сделал исключение: слишком странный день, чтобы заканчивать его трезвым.
Леха опоздал минут на двадцать, как всегда.
— Ну что, как новая жизнь без Вадика? — усмехнулся он, заказывая себе кружку. — Нашел уже галеру получше?
— Нашел, — ответил Игорь осторожно. — Только я сам не до конца понимаю, куда я вписался.
— В смысле?
— Да в прямом, — Игорь отпил глоток и чуть усмехнулся. — У меня на работе, походу, одни боты.
— Это как?
— Ну, смотри. У нас вообще нет видео. Созвоны — без камер, чаты — без аватарок. Все вежливые, ровные, будто эмоции им отдельным скриптом прошили.
— Может, у вас просто корпоративная культура такая, чтобы без токсичности?
— Да не, это что-то другое. Там все настолько автоматизировано, что уже непонятно, чем там занимаются люди. Или есть ли они вообще.
— И что, ты спрашивал у кого-нибудь?
— Пытался. Написал куратору, мол, зачем весь этот цирк с «наставниками» и «командой». Знаешь, что ответили?
— Ну?
— «Для наибольшей эффективности вопросы, не относящиеся к проекту, не обсуждаются.»
Леха хмыкнул.
— Странно.
— Ага. Работать с ними… не то чтобы плохо или страшно, но не по себе. Эффект зловещей долины, понял? Все вроде идеально, но живого в этом нет.
Леха хмыкнул:
— Слушай, может, ты просто удивляешься, что все работает? Мы привыкли, что если процесс не в говне, значит, что-то не так.
— Ага, — кивнул Игорь, — и что, по-твоему, нормальные процессы — это когда все улыбаются одинаково и отвечают шаблонами?
Леха задумался, глядя в кружку.
— Слушай, а может, это вообще пилот какой-то? Стартап, тестируют новую систему коммуникации. Или у них там военные бабки, все шифруется.
На экране телефона мигнуло уведомление из календаря:
21:44 — Встреча с внешним контактом. Результат: положительный.