Мама Пинегина лежала сама в городской больнице, и Екатерина Исаевна отправила отца домой, но с тем, чтобы тот был начеку. Сама же позвонила в райцентр. «Скорую» пообещали выслать тотчас.
— Потерпи, Лешенька, — приговаривала Екатерина Исаевна, делая блокаду, и на сердце у нее было тревожно из-за переметенной дороги и беспомощности.
— Не больно, тетенька Катя, — мальчик мутно глядел на врача и, по-мужски стараясь не выдать боли и страха, успокаивал, но слова выговаривал трудно. — Холодно только…
— Деда Иван, дай ты, ради всего святого, дежурный тулуп на санки, — неожиданно попросила Екатерина Исаевна, решив идти навстречу машине. — Приладь веревку, чтобы сподручнее тащить.
— Не война сейчас, — укорачивал сторож, глядя на маленькую женщину сердито. — Не ремесло человека на закорках тащить. Да и померзнет парень!
Однако Миронова решила и была непреклонна.
— Мы лишь к большаку свезем — пяти километров не будет, — насчитала старику, будто тот сам не знал. — Ждать рискованно, а «скорая» может к самой больнице не подъехать.
Минут через десять женщины уже тащили на санках закутанного мальчика, спотыкаясь о сугробы и проваливаясь в ямы. Они не видели лица мальчика и ничего не спрашивали у него, но нетрудно было догадаться, что ему становилось хуже. Он теперь стонал чаще, но и молчал больше, видимо, впадая в забытье.
Женщины тянули изо всех сил и вскоре взмокли до бровей. Порой метель намертво припадала к долине, тучи на небе редели и на темном вместилище космоса вспыхивали яркие вертлявые звезды. И эти светлые точки, едва нащупывающие землю, немного рассеивали тревогу и делали местность уютнее.
— Тетенька Катя, — слабо позвал врача очнувшийся мальчик, но в сильно вымороженном воздухе его слова прозвучали звонко и бесстрастно. — Тяжело вам тащить… Не хотел я… Тетенька Катя, сейчас встану…
Мироновой показалось, что тот силится приподняться.
— Алексей, не двигайся и не говори! — прикрикнула Екатерина Исаевна на мальчика, и женщины, не сговариваясь, почти побежали. — Санки сами… Санки сами…
Женщин засыпало колючим мертвым снегом, занесло мальчика и скрытые пространства, и они дергали за веревку и чутко слушали шумы, боясь пропустить знак машины. В снежную морозную ночь крепко на себя надо сердитым быть, ругала себя Миронова, — чтобы с места стронуться, но лучшего не придумали. И еще Екатерина Исаевна почему-то неотвязано думала именно сейчас, что со временем на каждом сельском медпункте будут врачи, умеющие самостоятельно делать любые операции и совсем исцеленные от неумения и безразличия к своему делу. А если уж надумают они отправить больного в город, то дорога та будет чистой и ровной.
Сбоку, из полей, пробил снежные сполохи маленький огонек. Он блеснул, потом пропал, снова появился и не гас.
— Машина нашлась! — закричала обрадованная Валентина, но женщины не остановились — только бежать стало легче. — Не на тот проселок выскочил водило!
Через несколько минут облепленная снегом легковая машина вывернула из подвижной тьмы на женщин. Екатерина Исаевна, отчаянно крича и размахивая руками, бросилась наперерез. И тут только поняла, что то повстречалась им не «скорая». Из «Москвича» выбрался смутный, вроде бы молодой, парень в собачьей пестрой шапке.
— Что взорвалось, граждане? — сощурился, поглядывая по сторонам и на санки, парень. — Заплутали, что ли?
И парень был не коннозаводский — чужой, но в интонации его обещалась готовность к поступку, то есть он уже даже остановился, на что решился бы далеко не каждый.
— Помочь чем, тетки? — так же быстро и с готовностью к подвигу повторил парень.
— В санках больной мальчик, — показала Екатерина Исаевна. — Мы из коннозаводской больницы. «Скорая» поехала навстречу нам, но пропала.
— Точно, тетки. Тракты здесь дотатарские, — весело согласился парень. — В два счета влетишь в яму и заклинишься.
— Мы не тетки — врачи, — резко оборвала водителя Екатерина Исаевна.
Миронову всегда раздражало уже популярное простецкое отношение милых выучеников высшей школы и других, часто высокомеханизированных, людей к дояркам, трактористам, зоотехникам женщинам. Хотя те, бегая по нежарким машинам и скотным дворам в толстых бесформенных одеждах, может быть, зимами и походили на «теток».
— Свезите мальчика до райбольницы, — сдерживая гнев, попросила Екатерина Исаевна, не понимая еще, почему шофер сам не разгадал такого простого дела и не предложил всем залезть в машину. — Попадется «скорая» — переберемся.