Пролог
Дорогой мой читатель!
Если ты здесь потому, что тебе все еще интересно, что же было дальше с полюбившимися героями, то усаживайся поудобнее и наслаждайся дальнейшим повествованием. Я расскажу обо всем по порядку. Мы пройдем этот путь вместе с героями «Калери» до конца.
Ну а если ты здесь впервые, то хочу обязательно тебя уведомить, что это — продолжение первой части романа. Ты, конечно, можешь начать читать и его, но многое из сказанного и упомянутого в дальнейшем может вызвать у тебя вопросы и нарекания, во избежание которых мы с моими преданными читателями, горячо полюбившими эту историю, советуем прочитать первую часть «Калери. Somebody’s Me».
На этом все, дорогой мой читатель. Буду рада любой реакции, доброму слову или полноценному отклику.
Все еще дарю надежду искренне и с благодарностью.
Твоя Дарси Хоуп
Часть 2. Глава 1.
64 дня до моего возвращения
ДЖЕЙН: Окна кухни выходили на маленький палисадник, а первые лучи солнца уже играли на влажных после дождя листьях деревьев.
Сделав несколько глубоких вдохов, чувствуя, как свежий воздух смешивался с ароматами привычного утреннего кофе, я поставила чайник на плиту, чтобы закипела вода. Черный чай, крепкий и терпкий, был обязательной частью ритуала его начала дня. И обязательно нужно было заваривать так, чтобы напиток был насыщенным, но не слишком горьким. Это традиция.
Колбаски обжаривались на горячей поверхности сковородки, медленно издавая тот характерный шипящий звук, который служил музыкой моего утра. Момент этот всегда был особенно волшебным, поскольку готовить для него завтрак порой не удавалось из-за плотного графика сьемок и частого отсутствия, отчего наша семейная жизнь стала напоминать сожительство двух глубоко родных людей.
Разрезав несколько томатов на половинки, я обжарила их на той же сковородке, где минутами ранее шкворчали колбаски, чтобы те слегка подкарамелизировались, после чего аккуратно разбила яйца в горячую сковороду, старательно сохраняя желтки целыми. Мне хотелось порадовать его этим утром. Хотелось, чтобы получилось идеально – легкая корочка под белком и жидкий желток, который, как он часто говорил, был важной частью совершенной утренней трапезы в моем исполнении, и в который он непременно станет окунать свежие, обжаренные до хрустящей корочки тосты с небольшим количеством сливочного масла.
Но проснулась я этим утром немногим раньше мужа не оттого, что спешила порадовать, поскорее накормить и проводить его в очередной сложный съемочный день. Вовсе нет.
Сегодня мне приснился ты. Впервые за столь долгое время.
Я не помнила ничего из своего сна, только то, как ты смотрел на меня своим привычным взглядом, таким живым и притягательным, полным неуловимой уверенности, которая в свое время так меня притягивала. Это был странный сон, в котором мы не говорили. Ты стоял, а я просто смотрела на тебя, чувствуя, как внутри разгорается смесь удивления и растерянности от неожиданной встречи.
Почему я все еще не могу забыть тебя так просто, как забывают людей, которых не ждут обратно?
Во сне ты даже не был удивлен. Ты будто знал, что я пришла, что это я стою перед тобой. Не имея возможности сделать шаг в сторону, ноги стали слишком тяжелыми, я попыталась открыть рот, но не могла. Просто стояла и смотрела на тебя, раздражающе спокойного. И ты улыбнулся. А я пробудилась в трепещущих чувствах тревоги и растерянности.
Вообще-то я редко помню, о чем мне снятся сны, в исключительных случаях запоминаю момент, а так, в основном, только общее впечатление. А вот у мамы всегда получалось их запоминать и даже одно время она увлекалась их разгадыванием. Очередное увлечение Айрис Фрост, коих было такое множество за мое детство, что впору составлять списки.
Услышав, что Дэниел уже проснулся и принимает душ, я вынесла приготовленный на двоих завтрак на веранду на заднем дворе нашего нового дома и с наслаждением грелась в ласковых лучах утреннего солнца, проглядывающих сквозь белые пушистые облачка, стремившиеся закрыть собой яркую звезду небосвода. Для Лондона такая погода была привычной. И обманчивой. Даже в разгар лета.