Он был как никогда прав. Мы оба знали, как важно в подобных ситуациях не только быть рядом, но и не забывать роли, которые мы играем в жизни друг друга, несмотря на то, что все это постепенно разрушало нас прежних.
Я слегка наклонилась к нему и губы коснулись его уха, чуть задевая кожу, словно невидимой нитью. Его дыхание в миг стало более прерывистым, тело немного напряглось от демонстративно подавляемого желания.
– Не хочу, чтобы ты думал об этом, – шепнула я привычную фразу, с которой обычно начинались моменты наших перемирий.
Дэниел сомкнул веки, тяжело вдохнув, и теперь уже едва заметно скользнул костяшками пальцев по моей щеке – нежно и ласково. Я почувствовала, как его новые эмоции крепко переплетались с теми, которые он пытался игнорировать. Но у меня всегда получалось вернуть его себе, просто находясь рядом, просто предлагая себя ему – свое тепло, свою нежность и близость.
– Я всегда с тобой, даже если не всегда показываю это. Прости меня. Ты важнее всех сразу. Ты – моя любовь, Джейн.
Он молчал несколько мгновений, пока я рассматривала его, пытаясь совладать с утихающей бурей чувств внутри. Дэниел скользнул пальцами по моим волосам, нежно поправляя пряди, выбившиеся из прически. Я не смогла сдержать улыбку – маленькие, обыденные жесты, приносящие невероятное утешение. Его губы приоткрылись, и я поняла, что он собирается что-то сказать, но вместо этого он просто поцеловал меня – не торопливо, не страстно, а тихо и нежно, будто прося прощения, желая вернуть все, что было потеряно за те несколько часов, что мы провели этим вечером порознь.
– Я ожидал, – он отстранился ненадолго, чтобы взглянуть на меня, – что, вернувшись, займусь любовью со своей женой, но на часах уже давно за полночь, а я сижу один в пустом доме.
– Люблю, когда ты злишься, милый. Продолжай. Это так сексуально, – я скользнула пальцами по его плечу, ощупывая ткань рубашки, подвигаясь к нему ближе. Уже в этот момент я заметила, как грудь его напряглась от прерывистого дыхания, а глаза затуманились. Не смотря на все свое внешнее спокойствие он тоже теряет баланс. Мы нуждались друг в друге – без масок, без ролей и без приличий. Только вместе. Только мы двое.
– Могла бы сообщить, где ты.
– А ты мог бы позвонить. – Я целовала его лицо, нарочно избегая жаждущие поцелуя губы, ласково пробираясь кончиками пальцев под рубашку. Пуговица за пуговицей.
Впрочем, губы Дэниела нашли мои, когда он с уверенностью прижал меня к себе, одним ловким движением усаживая на колени, наплевав на тонкий шелк вечернего платья от кутюр. Я ответила на поцелуй, зная, что теперь уже невозможно остановиться. Так было всегда. Огонь страсти внезапно захватывал нас. Оставались только желание и звенящая в ушах тишина. А сейчас это было воссоединение после несостоявшейся ссоры – наш способ напомнить друг другу, что мы все еще здесь, мы рядом, что мы любим.
– Кое-кому придется всю ночь вымаливать у меня прощение. – Его ладонь скользнула вверх по обнаженной части бедра – он спешил снять с меня платье.
– Но я не знаю ни одной молитвы, – горячо прошептала я прямо в уголок его рта, почувствовав свою власть над ним.
– Я подскажу тебе слова… – В темноте гостиной синева его глаз, пьянеющих от осознания нашей близости, встретилась с зеленью моих.
Я улыбнулась, а Дэн лишь сильнее обнял меня, прижимая к себе, не переставая покрывать мои шею и плечи жаркими поцелуями. И на этот раз я не ощущала ни одиночества, ни страха. Я была любима.
__________________________________
[1] (англ. Old Viс Theatre) – театр в Лондоне, расположенный к юго-востоку от станции Ватерлоо на углу Кат и Ватерлоо-роуд. В 1963 году, ещё при Лоренсе Оливье, театру было присвоено звание Королевского национального театра Великобритании, которое Олд Вик с гордостью продолжал носить до 1976 года, когда произошло разделение труппы на старший и младший состав, в результате чего новый молодой коллектив переехал в новое здание, построенное в районе Саут-Бэнк и получившее название Янг Вик. Художественным руководителем театра до 2015 года являлся американский актёр Кевин Спейси, назначение которого вызвало значительный общественный резонанс.
[2] или «Пьеса о хорошей женщине» – комедия Оскара Уайльда, премьера которой состоялась 22 февраля 1892 года в театре Сент-Джеймс. (прим.автора)
Часть 2. Глава 3
56 дней до моего возвращения
ДЖЕЙН: Я лежала в постели, спрятавшись под одеялом, все еще ощущая, как тепло и нега тянулись по коже шлейфом недавних его прикосновений. Дэниел был в душе уже несколько минут, оттого я не спешила вставать, продолжая находиться в состоянии приятной расслабленности после такого уютного и невыносимо нежного утра. Легкий утренний свет пробивался сквозь шторы, создавая мягкие молочные полосы на постели.