— Проходи, Люда! Елизавета Константиновна уже сказала, что ты должна прийти.
В кабинете директора фоном говорило радио, похоже, шёл сельский час, так как рассказывали о надоях крупного рогатого скота. Елизавета Константиновна, одетая в белое платье в красный горох, сшитом по моде рокабилли 1960-х годов, времён стиляг и жёлтых ботинок, сидела за столом и естественно, занималась своим делом: разглядывала новые журналы, намечая свежие веяния в моде и дизайне.
Честно говоря, последнее время ощущалась ей в работе какая-то скука, монотонщина и повседневность. Не было таких заказов, при исполнении которых можно было бы развернуться по полной, отдать душу. Советские женщины, даже заказывая одежду в ателье, и даже по зарубежным выкройкам, выбирали обычные фасоны, без экстравагантности, без ярких, бросающихся в глаза тканей, без деталей и фурнитуры, которые могли привлечь внимание. Пока ещё было не принято открыто заявлять о своей неординарности. Хотя, может, это и к лучшему… Хотя, нет! Женщина в любое время и в любой эпохе, и даже в советской, всегда остаётся женщиной: она хочет чего-то такого… Елизавета Константиновна не смогла бы точно выразить словами, чего именно хочет современная советская женщина, может быть, чего-то… Провокационного???
И в этот момент профессиональных терзаний зашла Арина. Елизавета Константиновна, увидев её, оживилась.
— Людочка, как я рада тебя видеть! — улыбнулась женщина. — Проходи, садись. Слушаю тебя внимательно.
— Мне нужен костюм для показательного номера! — уверенно сказала Арина, присаживаясь на стул напротив Соколовской. — Необычный.
— Шить необычные вещи — это моё увлечение и мой долг! — рассмеялась Соколовская. — И знаешь, я давно уже заметила, всё, что люди называют необычным, через какое-то время становится самым обыденным. К сожалению, вещи, особенно одежда, очень быстро теряют свою актуальность. Мы живём в очень быстрое время, время перемен. Извини уж, конечно, про такой несколько философский пассаж. Я внимательно слушаю тебя.
— Вы всё правильно говорите, Елизавета Константиновна! — живо согласилась Арина. — Я с вами полностью согласна! Как я уже говорила, я решила сшить костюм для показательного номера. Он будет на блюзовую тему, вы, наверное, может быть, слышали эту мелодию. Она называется «Lily Was Here». Она очень романтичная, очень элегантная и при нужном освещении будет очень эмоциональная. У меня есть эскиз, который сделала та же самая девочка, что рисовала эскизы для моих платьев раньше. Вот этот арт.
Арина подала Соколовской рисунок, который нарисовала Анька, и с любопытством стала наблюдать за реакцией директора ателье. И сразу же убедилась со всей очевидностью: рисунок произвёл на неё громадное впечатление. Елизавета Константиновна даже подняла выщипанные брови от удивления и поднесла картину очень близко к глазам, как будто рассматривая мельчайшие подробности.
— Я в шоке! — наконец откинулась на спинку стула директора ателье точка. — В очередной раз поражаюсь, какой же у этой девочки большой талант! Эта картина… Скажи мне кто-то, что эту картину нарисовала двенадцатилетняя девчонка, я бы ни за что не поверила! В ней какой-то… скрытый смысл, что ли… Ладно, это всё из породы искусства, в котором мы не очень-то сведущи… Скажи мне конкретно, что тебе нужно, только своими словами.
— На девушке надета короткая кожаная юбка, — Арина перегнулась через стол, облокотилась на него и стала тыкать пальцем в рисунок, показывая, что именно должно быть сделано. — Кроме этого, как видите, здесь жилетка тоже чёрная. Я хотела сделать её кожаной, но думаю, что в ней неудобно будет кататься, поэтому жилетка будет из какой-нибудь плотной чёрной и блестящей ткани. Декольте, естественно, ложное, сделано из бифлекса оттенка моей кожи. Но со стороны должно казаться, как будто это очень большой вырез. Также нужны чёрные матерчатые перчатки, на которых можно вышить серебристые звёздочки, и чёрная шляпа.
— Очень любопытно, — как будто обдумывая сказанное, промолвила Соколовская. — Не сказать, что это сложная работа, но… Она производит определённое впечатление.
— И какое же впечатление он производит? — с интересом спросила Арина. — Мне очень любопытно это знать.
— Она производит ощущение свободы, — помолчав, сказала Елизавета Константиновна. — Несмотря на тёмные ткани и относительно простой стиль. Хорошо, я берусь за эту работу. Проблема может быть только одна: кожаная юбка. Тонкая, прочная, мягкая кожа хорошей выделки — очень редкое импортное сырьё, и обрабатывать её нужно аккуратно. Но я тебе достану. Естественно, юбку сделаю с трусами, а жилетка будет на штрипках. В остальном… Впрочем, всё выясним при первой примерке. Сейчас давай снимем мерки. Мне кажется, они остались прежними, но всё-таки нужно быть уверенной на 100 процентов.