… Девчонки в раздевалке провожали Люську как на войну. Одногруппницы видели, как она с сосредоточенным видом кладёт в спортивную сумку все свои вещи: коньки, тренировочный костюм, футболку, шорты, кроссовки, бутылку для воды, салфетницу.
— Люська, у вас там сейчас что-то вроде чемпионата будет? — с интересом спросила Анжелика.
— Именно так, — кивнула головой Арина. — Соберутся все члены сборной, и перед руководством федерации будут показывать, кто чего добился за межсезонье. Как готовы к стартам. Обычно один день катают короткие программы, другой день — произвольные программы. Никаких тренировок нет, всё приближено к реальным соревнованиям. Единственное, что есть, это ледовая разминка, как перед настоящим стартом.
— И даже судьи есть? — с недоверием спросила Анжелика.
— И даже судьи есть, и технический специалисты, — согласилась Арина. — Они смотрят прокаты, и если видят какие-то недочёты в программах или не соответствие правилам, то сразу ставят тренеров и спортсменов в известность, чтобы те имели возможность скорректировать элементы, пока ещё не начались настоящие соревнования.
— А откуда ты всё это знаешь? — неожиданно спросила Муравьёва. — Ты же первый раз поедешь туда.
— Первый раз… — замялась Арина и тут же нашлась. — Но… Мы общались с девчонками-сборницами в Новогорске, на сборах, и они об этом сказали. На самом деле я не знаю, так это или нет.
«Фух, отмазалась…» — подумала Арина. Однако всё не так-то просто… От подружек легко не уйдёшь!
— А почему ты сказала, что один день короткие программы, а другой день произвольные? — спросила Анжелика. — А когда обязательные фигуры?
«Ну блин… Задрали уже этими фигурами, вот реально ни к чему негодный отросток, лишний раз только занимаешься фигнёй», — мрачно подумала Арина, действительно выпустившая из виду эти мраки.
— Ну, наверное, тоже в первый день… — пожала плечами Арина. — Хотя, я точно не знаю.
— Ну что, Люсечка, тогда большой удачи тебе, выступи там хорошо и откатай лучше всех! — засмеялась Анжелика, подошла к Арине и обняла её.
Потом начали подходить и обнимать другие девчонки, желать хороших выступлений, чтобы не посрамила родной школы и родного Екатинска. Для Арины было очень приятно слышать такую весомую поддержку, и она сердечно поблагодарила всех. Ведь для города, для родной спортивной школы она действительно была как флагман, как ледокол, крушащий льдины и пробивающий путь для всех к материку большого спорта… На этой счастливой ноте Арина попрощалась со своими одногруппницами и отправилась домой с тяжёлой сумкой на плече…
… В почтовом ящике, среди ежедневных газет, опять притаился сюрприз: письмо от Серёги Николаева! Пришёл ответ на то письмо, которое она отправляла неделю назад! В этот раз Арина поступила более вдумчиво, более спокойно. Сейчас она не стала бы читать письмо от Серёги наспех, сидя в прихожке. Такое удовольствие надо обставить подобающим антуражем, и торопиться в этом деле не стоило, поэтому Арина спокойно забрала газеты с письмом, поднялась в квартиру, не спеша разулась, разложила всё по полочкам, пообедала и только потом, уже не торопясь, села читать письмо. А письмо-то с вложением! Тоже фотография! Впрочем, сначала прочитать!
'Дорогая Люда! Очень рад, что получил твоё письмо. Оно было очень красивое и очень душевное. Чувствуется, что у тебя уверенная рука и художественный вкус во всём. И я рад вдвойне, а то и втройне, и в десятирне, что у тебя всё хорошо. Может быть, я надеюсь, тебе тоже интересно, как я живу. У меня всё хорошо, и это внушает оптимизм. У нас всё по-прежнему: сборы, тренировки, показательные бои. В свободное время ходим с ребятами купаться на реку, хотя уже вода прохладненькая. Но мы ж бойцы и спортсмены! Один раз выбрались в лес за грибами: сейчас много боровиков, белых, подберёзовиков и подосиновиков, лисичек. Я, кстати, большой любитель грибной охоты. И даже рыбалки, представь себе. Правда, на рыбалку сейчас в армии абсолютно невозможно сходить. Однако надеюсь, что скоро всё закончится. Осенью уже будет полтора года, как я служу. Следующей весной настанет свобода. В планах на дальнейшую жизнь… Даже не знаю… Посмотрим. А теперь ты пиши, как у тебя дала? Как жизнь? Что происходит хорошего, что делаешь, как проводишь свободное время. Как девчонки из группы? Не сильно доводят? Как ваша великая Анька, которая тебя встречает у подъезда? Люда, мне всё интересно, хочу всё знать о тебе.
А сейчас до свидания, надеюсь на скорую встречу. Твой Николаев Сергей.'
На чёрно-белой фотографии 9 на 12, которая лежала в конверте с письмом и которая явно сделана на любительский фотоаппарат, а потом проявлена в домашних условиях, был Серёга в военной форме, с залихватски сдвинутой набекрень фуражкой. Вид у него довольный и радостный. На обороте фотографии надпись с красивыми завитушками: «Дорогой Людмиле Хмельницкой от Николаева Сергея, на вечную память. 15 августа 1986 года».
Эх, опять у Арины забилось сердечко. Как же она хотела жить в одном городе с Серёгой, проводить вместе время, ходить на соревнования и болеть за него! И ведь очевидно, что она Серёге очень нравится. А может, это любовь?
Арина смущённо захихикала и закрыла покрасневшее лицо руками, хотя находилась дома абсолютно одна и стесняться было некого. Вот тебе и письма! Да они заменяют и смартфон, и социальные сети, и даже мессенджеры с фотографиями! Кто бы мог подумать!
Арина достала последний конверт и принялась писать ответное письмо. Теперь-то у неё уже была набита рука, и она знала, что делать!
«Дорогой Сергей! Пишет тебе твоя Людмила! Была очень рада, когда получила твоё письмо и даже фотографию. Когда прочитала, что ты ходишь на речку, в лес за грибами, позавидовала, тоже хотела бы сходить. Но у нас здесь речка размером с небольшой ручей, в ней никто не купается. А других рек мало, вернее, до них очень далеко ехать, и у меня на это нет времени. Лес около нашего района есть, но ни берёз, ни осин нет, в основном клёны и тополя, под ними растут только шампиньоны и поганки. Да и то не всегда. В остальном, у меня всё по-прежнему. Тренируюсь, уже достигла хорошего уровня. Сшила костюм для показательных выступлений, и это будет бомба! Все просто ахнут! Вот увидишь! На тренировках всё нормально, вся группа Владислава Сергеевича сейчас пошла вверх по мастерству, я связываю это с тем, что у нас сейчас второй тренер Виктория Анатольевна Дайнеко, и она прям очень хороший специалист, который тренирует по-современному. Хотя Владислав Сергеевич тоже тренирует по-современному, но вдвоём они вообще сила. Я думаю, девчонки от нас поедут на первенство СССР по юниорам в этом году. Отношения у меня с ними нормальные, смеёмся, дурачимся, шутим друг над другом. Аньку у подъезда я последнее время я не вижу, похоже, она плотно занялась тренировками на ледовом катке, а может, куда-нибудь уехала с родителями. Да и вообще, из нашей компании что-то никого не видно последнее время. Наверное, занялись подготовкой к учёбе. Как видишь, писать, кроме каких-то глупостей, мне нечего. А сейчас до свидания, жду встречи. Пиши! Пиши! Пиши!»
Арина опять намазала губы помадой и приложила под письмом, оставив яркий след, потом раскрасила письмо завитушками, вензелями и сердечками, положила в конверт, тщательно заклеила его и неожиданно подумала, не отвезти ли письмо Серёге лично, по приезду в Москву, но потом подумала, что нет. Письмо должно быть доставлено именно почтой, со штемпелями о дате отправления и месте доставки, и должно быть положено в почтовый ящик, и получено тоже из почтового ящика. Это придавало этому архаичному виду общения налёт некой винтажности, по крайней мере для неё самой…
Арина вдруг подумала, что Серёга не знает о её отъезде в Москву! Она же не написала, что завтра поедет в Новогорск! Она ему говорила ещё в июле, что в конце лета приедет туда снова, но когда именно, не сказала, потому что точную дату не знала сама. Вот… Такое важное дело и пропустить. Оставалось только надеяться, что Серёга проявит инициативу и узнает об этом сам…